Из западни

Дорога была довольно утомительной, да и газетные известия, приходившие с Дальнего Востока, радостными назвать было трудно. Мало того что нападения японцев, похоже, никто не ждал, так еще и встретили, судя по всему, во всеоружии нашей обычной бестолковщины: ведь это надо же было держать в Артуре эскадру на внешнем рейде без противоторпедных сетей, а в Чемульпо кроме канонерки пригнать еще и крейсер 1-го ранга! Почему? Зачем?

А как началось – кинулись минировать Талиеван. И со спешки или просто по глупости два корабля наши подорвались.

По всему судя, на своих же минах… И вот, закономерный итог первых дней войны: два лучших броненосца едва не погибли, один крейсер подбит, два утоплены, а до кучи к ним минный транспорт и канонерка. Случайность, скажете вы? А может быть, печальная система? И далеко примеры искать было не надо.

Оказавшиеся моими попутчиками инженеры-судостроители с Николаевского завода, командированные начальством в Кронштадт, как выяснилось, даже не были информированы, для чего их туда затребовали и надолго ли.

Мелочь, казалось бы, но нет – очередной штришок в общей нашей безалаберности. Всегда так: гром не грянет – не перекрестимся.

А то, что и японцы лишились двух их крейсеров, нужно целиком отнести на героизм экипажей наших «Варяга» и «Корейца», для которых славное дело у Чемульпо, увы, также стало последним (в тот момент о том, что «Варяг» уцелел, мы еще не знали).

Одолеваемый такими невеселыми мыслями, почти четверо суток я провел в поездах, обдумывая смысл моего срочного вызова на корабль.

Выйдя под мокрый снег с либавского вокзала, я полагал, что сейчас все разрешится, но… Железнодорожные мытарства окончились неожиданным конфузом, когда я, обшарив взглядом акваторию порта, на месте «Наварина» ничего, кроме мелкого ледяного крошева в черной воде, не увидел. Вскоре выяснилось, что в Питере, похоже, проснулись и прочитали нашу дефектную ведомость из восьмидесяти одного пункта. Пришел «Ермак» и буквально накануне моего прибытия увел «Наварина», да и не только его, в Кронштадт.

Ледовая обстановка в заливе была благоприятная, аварий в пути ни у ледокола, ни у броненосцев и крейсера, а с «Навариным» шли еще «Николай» и «Азов», не приключилось, но все одно по сухому пути я успел в столицу раньше и встречал своих уже в Кронштадте. «Наварин» пришел под контр-адмиральским флагом: корабль наш был определен флагманом спешно формирующегося отдельного отряда кораблей и судов второй эскадры Тихого океана.

Итак, все решено.