Однако нам пора подумать о ночлеге. Мы уже почти сутки на ногах."
"– Я не устал... – Зато я притомился. Поскольку меча здесь нет, я предлагаю найти более или менее спокойное местечко, поспать, а утром позовем Вольха, и он доставит нас ко двору Яросвета. Спросим у него, может, он знает, где твой отец оставил меч.
Будимир неопределенно дернул плечом, не то соглашаясь с решением старшего, не то собираясь возразить.
– Я попробую... – Что?
– Разбудить Святогора.
Ростислав хмыкнул, внимательно осмотрел побледневшее лицо мальчишки с тенями под глазами и заострившимся носом.
– Сил хватит?
Тот же неопределенный жест.
– Хорошо, попытайся, только не переусердствуй. На-ка вот глотни Живиного чая, авось поспособствует процессу.
Будимир послушно сделал два глотка напитка. Глаза его заблестели.
– Отойдите подальше, дядя Слава. Столкновение сил может сильно сдвинуть физические законы в этом месте, что в первую очередь отразится на нервной системе.
– Сдвинуть, – улыбнулся Ростислав.
– А на тебя этот сдвиг разве не повлияет?
– Я в этот момент буду находиться в состоянии процесса, – улыбнулся в ответ мальчик. – Сдвиг мне не страшен.
– На всякий случай обеспечь себе путь отступления, от этого часто зависела моя жизнь, когда я еще служил в... особом отделе.
Ростислав сжал худенькое плечо парня и направился к скальному бугру в сотне метров от черного монолита, напоминавшему баранью голову. Влез на вершину, нашел глазами фигурку мальчишки под стеной гроба Святогора.
Затаил дыхание.
Некоторое время ничего не происходило. Все так же светило низкое сплющенное солнце, освещая восточные склоны гор и скал, все так же по небу неторопливо ползли сиренево-серебристые полосы облаков, вокруг продолжала чего-то ждать великая тишина заколдованного края.
Затем что-то изменилось.
Воздух странно загустел и завибрировал.
Из ям и ложбин поднялся прозрачный серый туман.
По горам раскатился низкий подземный гул.
Скала под ногами Ростислава задрожала, покрылась сетью мелких трещин.
Узелок с кыртом на поясе комбинезона дернулся, как живой. Амулет Миха в кармане стал горячим, предупреждая хозяина об опасности, хотя и сам Светлов теперь достаточно остро и быстро реагировал на проявление магических сил. Откуда-то в памяти всплыла странная молитва, половину слов которой Ростислав не знал:
«Смертию на врази гредешеши, а тоя бияшеши мещем твое-ма... а то бысте сила тва на нъ поля о плоднящи а гръм...
