Пока я не вздрагиваю от жгучей боли, что вспарывает мне ладонь,
— Да что ты сделал?!
Я отшатнулась от ворона, который, кажется, так и не сдвинулся со своего места."
"— Я ничего не сделал, только позволил вам вспомнить то, что видело это святилище. Ведь вы, кажется, проделывали такое не раз и сами.
Да, тут не поспоришь, проделывала. Но отчего-то именно сегодня подобное свойство Нижнего мира — хранить память о том, что когда-то здесь случилось, — заставляло меня дрожать то ли от холода, то ли от ужаса.
Я ведь разрезала себе руку, даже не осознав этого! А если бы эта самая память велела мне себя убить?
Казалось, я многому научилась, но без открытий — порой неприятных — не обходился пока ни один мой поход в Нижний мир.
Но что сделано, то сделано, осталось только ждать, к чему же это всё приведёт.
И я почти не удивилась, когда на скособочившихся в разные стороны камнях святилища начали проступать те самые символы, что я уже видела только что. Они, словно струи воды, скатывались до самой земли непонятной вязью.
Бледное сияние их играло отсветами на чёрных перьях ворона, который замер, следя за тем, что происходит.
— Тот мужчина в видении — это ты? — наконец спросила я, когда знаки, проявившись на камнях, перестали меняться и сложились наконец в ровные нисходящие ряды.
— Возможно, — буркнул Ингюс и взлетел.
Как раз вовремя, потому что в следующий миг и я отшатнулась. Воздух над жертвенником поплыл и задрожал, словно вода под ветром. Зыбкая завеса повисла прямо передо мной, качаясь, искажая всё, что было за нею.
— Идём? — нетерпеливо каркнул ворон в моей голове.
Я дёрнула плечом: будто мне есть куда деваться.
Если меч Нуаду и правда там, то скоро всё это закончится.
Я осторожно ступила внутрь. Выставила перед собой руку, когда на миг перестала что-либо видеть. И на другой стороне оказалось на удивление тихо и неподвижно. Можно было ожидать многое: горы золота и серебра, сундуки с драгоценностями, как рассказывается в сказках, что я смутно помнила с детства.
И, может, разорение и пустоту давно позабытого места.
Но сокровищница Балора выглядела совсем не так, как можно было представить.
Здесь было почти темно: ни единого факела или светильника. Только в высокое арочное окно падал леденящий свет медленно ползущей по небу луны. Вокруг и правда стояли сундуки, но некоторые из них были открыты и пусты. Другие — заперты. Я даже дёрнула вверх одну из крышек — исключительно любопытства ради.
