Избранные Луной (СИ)

Меня пугает то, что я никак не могу это контролировать.

Оуэн пронзает взглядом «ты-правда-озабоченная», и на моем лбу, я даже не сомневаюсь, загорается «да, я такая, извини, что разочаровываю».

Вот как я плачу за оказанную помощь — насылаю похотливые мысли в голову своего спасателя, который, на минуточку, всеми фибрами души не хочет со мной быть.

— Извини. — облизываю пересохшие губы и сажусь на колени. Видимо, не стоит какое-то время ложиться, иначе сама поза меня дезориентирует и склоняет на сторону порока.

 — Извини, пожалуйста. Я не специально. Честно. Я больше так не буду.

Аккуратно направляю в его сторону взгляд.

Он все еще смотрит хмуро, сдвинув недовольно брови.

Опускаю виновато голову, как он резко поднимается со своего места. Пара шагов — и альфа рядом. Удивленно поднимаю глаза.

Возвышается надо мной, шумно втягивает носом воздух. Словно заворожённый останавливает взгляд на моих губах, и внутри немедленно извергается вулкан. Кровь вскипает, сердце грохочет в висках, кожа полыхает.

Встречаемся глазами. Соединяемся на особом уровне, подвластном лишь нам двоим.

Я снова облизываю губы, а он медленно расстёгивает ремень на брюках. Не прерываем зрительный контакт. Приспускает брюки, а за ними боксеры, выпуская свой эрегированный член.

Опускаю взгляд — это впервые, когда я вживую рассматриваю мужское достоинство, и к тому же — оно прямо перед моим лицом.

Огромный — первая мысль, которая приходит на ум. Но несмотря на пугающий размер, он видится мне красивым, очаровательным и манящим? Не знаю, стоит ли об этом сообщать Оуэну…

Решаюсь поднять глаза на альфу, надеясь получить от него подсказку.

Но он молчит. Сглатывает, молчит и смотрит на мои губы. И в его взгляде я без слов считываю многое…слишком многое. И похоть, и муку, и желание, и агонию. От его беззвучного признания бросает в жар.

Правда в том, что не он один на грани. Его избранная тоже там вместе с ним. Я безумно хочу, чтобы ему было хорошо. Хорошо именно со мной. Желаю доставить ему удовольствие.

Нерешительно поднимаю руку и, боясь сделать что-то не так, кончиками пальцев дотрагиваюсь до него. Слышу тяжёлый вдох.

Кожа гладкая и приятная на ощупь.

А затем закрываю глаза, высовываю язык и…

— Дженнифер! — из второго лунного видения выталкивает не злобный рык, а мучительный стон.

Мы лихорадочно смотрим друг на друга, каждый все также сидит на своем месте.

— Это не я! Не я. — не задумываясь, спешно выпаливаю я. Моя единственная цель — оправдаться.