Избранные Луной (СИ)

Сознание пребывает в спокойствии, словно я крепко и сладко спала, а все случившееся лишь нелепый кошмар, который можно оставить далеко позади. Или лучше и вовсе забыть и никогда о нем не вспоминать. Никогда-никогда-никогда.

Небольшая тревога вспыхивает в груди, когда я пугаюсь мысли, что очнулась в той самой комнате в доме дяди Эрнандо. Но осмотревшись, понимаю, что это не она, это…

— Привет. — звучит рядом знакомый голос. Патриция подходит к кровати и с беспокойной улыбкой смотрит на меня. — Оуэн вышел пару минут назад.

Он не отходил от тебя ни на шаг.

— Где мы? — с опаской уточняю у волчицы.

— Не беспокойся, Дженни. Мы в гостинице, и уже пара часов, как вернулись в город. Эрнандо сюда точно не сунется. Он попытался было заявить на тебя какие-то свои права. Но наш альфа умеет быть очень убедительным, когда из его рук пытаются отнять его истинную. Что-то мне подсказывает, что демонстрация силы не прошла даром и злобный дядя убедился, что несмотря на долголетние эксперименты все равно не способен превзойти своего племянника.

Даже наши ребята опешили. Оуэн никогда раньше не выпускал столько стилы. И бедняге Мэйсону тоже досталось, хотя он всего лишь хотел помочь своему брату, предлагая уже на обратном пути забрать тебя из его рук. Зато теперь мы все знаем, что трогать тебя, пока ты в руках альфы, точно не стоит.

Она сидится на краешек кровати и улыбается, в глазах пляшут смешинки.

— Тебе не стоит бояться. Ты сейчас с теми людьми, которые тебе желают только добра.

Выглядит искренней и обеспокоенной, но проблема в том, что на меня за последнее время столько всего навалилось, что теперь мне сложно судить, кому можно доверять, а кому нельзя.

А Патриция еще тогда, на вечеринке Чарли, вызывала у меня подозрения своим странным поведением.

Новость о том, что Оуэн забрал меня из того ужасного места и не оставил в доме своего пугающего дяди не может не греть душу, но все равно в голове творится хаос и бурлит непонимание.

То, во что я много лет верила — оказалось обманом. Люди, которых считала родителями, виноваты в смерти моей настоящей семьи… и мой избранный тоже зачем-то врал о невесте, которая и не невеста вовсе.

Мысли путаются. Не знаю, с чего начать. Не знаю, о чем спрашивать и что делать с той правдой, которую открыл мне дядя Эрнандо.

— Предположу, что ты в данный момент находишься на перепутье, — читая мои мысли, которые, должно быть, высвечиваются на моем растерянном лице, произносит бета Оуэна. — У тебя много вопросов и поводов никому не доверять.