Изгой: Крепость Надежды

Понадобится — и я первый войду к шурдам с молитвой на устах! — выпустив пар, священник немного помолчал и задумчиво продолжил — Знаешь, ты этого конечно не помнишь, но перед тем ты потерял память на той памятной охоте, мы с тобой частенько беседовали, чтобы скрасить разговором долгий путь. Я даже присутствовал на самом суде, когда тебе вынесли приговор.

— И? — сказал я.

— Тогда, молодой барон Корис Ван Исер, был всего лишь перепуганным юнцом, считавшим, что его жизнь кончена. Ребенок.

Помню, как ты, размазывая по щекам слезы, молил судью дозволить тебе кинуться в ноги королю и вымолить пощаду. Клялся, что всегда будешь истинно преданным короне, как и твой, ныне покойный отец. Более того — ты сам предложил отправить своих людей в Дикие Земли, чтобы они искупили твою вину перед королем. Ты хотел отправить преданных людей на верную смерть.

Я брезгливо поморщился. Мерзость. Бывший Корис был настоящей тряпкой и думал только о себе драгоценном.

— Пусть будет так, — жестко ответил я — Но тот человек умер. Погиб на охоте, затоптанный кабаном.

— Ты хочешь сказать, что сейчас я сижу в компании с мертвецом? — усмехнулся священник — Я не хочу тебя укорить, или ударить в больное место, сын мой. Я всего лишь смиренный священник. Не мне судить людей.

""Ага, куда уж смиренней, знаем мы таких"" — пронеслось у меня в голове, но вслух я не сказал ничего.

— Я лишь хочу сказать, что сейчас передо мной сидит совсем другой человек.

Жесткий. Умеющий принимать решения и брать на себя ответственность за других. Лидер. Таким был твой отец."

"— Людям свойственно меняться — неохотно буркнул я, ""Он и моего отца знал?""

— Конечно, сын мой, конечно — согласно кивнул священник, пытливо смотря мне в глаза — Я часто разговариваю с людьми — да они и сами приходят ко мне, ища поддержки и ободрения. Не только я заметил произошедшие с тобой изменения, но что интересно — им больше нравится новый Корис Ван Исер, чем его предыдущая ипостась.

Они конечно не говорят этого прямо, но я умею читать в глазах. Все твои люди молятся за твою жизнь, но никто не попросил Создателя, возвратить утраченную тобой память.

— Да? Значит, с топорами кидаться не будут? — невпопад буркнул я, вызвав тонкую улыбку на лице отца Флатиса.

— Не будут. Они молятся за тебя, сын мой. А про ту историю с Рикаром, я знаю. Поторопились.