Измена в подарок

Чулки белые, и я никак не пойму, кто я сегодня. Развратная невеста? Школьница? Медсестра? Прозрачную нежность такого же белого кружевного белья повторяют контуры чёрной кожаной портупеи. Ремешки немного натирают, особенно на горле, но это только добавляет пикантности. Зрелище настолько горячее, что сама завожусь.

Наряд готов. Не хватает только того, кто всё это со вкусом снимет. И я бегу к самому любимому человеку. Я знаю, что он прячется за одной из дверей, но никак не могу найти дорогу. Спотыкаюсь, падаю, бегу, бегу, бегу изо всех сил, всё равно оставаясь на месте.

Проклятая ловушка сна. Никакой возможности бежать и никогда нет голоса кричать. Ну хотя бы не страшно оказаться на улице голой.

Как только я останавливаюсь, дверь чудесным образом оказывается рядом. Ручка почему-то сделана в виде керамического ярко-оранжевого львёнка, и стоит легонько её потянуть на себя, как я окунаюсь в сладкую, тошнотворную вонь ванили и шампанского.

Всё повторяется. Они снова на диване изучают тела друг друга руками и губами.

Они смотрятся невероятно красиво, а я начинаю чувствовать себя глупо и неуместно. Стыд стягивает ремни на шее, мне хочется скорее прикрыться и убежать, но меня замечают и смеются. Сначала невероятной красоты девушка, а потом и… Марк?

Резко открываю глаза, и всё начинает кружиться. В комнате слишком светло. Я опять забыла закрыть шторы? Незнакомые запахи и большое количество непривычных звуков заставляют испугаться и сосредоточиться. Светобоязнь и головокружение никуда не уходят, но я начинаю различать кубики потолочных плиток.

Ах да, я же пришла к Косте в офис поделиться новостями. Память очень медленно разворачивает картину произошедшего, и я всё ещё не могу понять, почему я так удобно лежу. В офисе точно нет таких уютных кроватей. Неплохо бы осмотреться.

За то, что я решаю повернуть голову набок, тело мстит усиливающимся гулом в ушах.

У окна стоит Костя. Кажется. Его рубашка впервые измята и только наполовину заправлена в брюки, а поверх вообще надета странная синяя повязка.

Он поворачивается на шорох и подходит ближе, усаживаясь в кресло у кровати.

Видимость лучше не становится, и его лицо — размытое пятно.

Я хочу что-то ответить, мысленно получается собрать слова в несколько предложений, но изо рта вырывается только “кружится” и “пить”. У моих губ тут же появляется стакан с соломинкой. Никогда ещё вода не казалась мне такой вкусной.

— Закрой глаза.