"
"В конце лета, когда тяжёлые шары георгинов качались в каждой клумбе, а в воздухе разливался запах сырой травы, я поняла, что безумно одинока, и что хоть мы с Макаром и вместе, но продолжаем жить как соседи. Дождливый конец августа не добавлял радости, несмотря на то, что чувствовать аромат мокрого асфальта было приятно. В один из таких дней я поняла, что, наверно, лучше не мучить друг друга и уйти. И сказала об этом Макару очень экспрессивно. Прям с порога. И было в моей речи нечто подобное: «Секс… Устала. Задолбал!».
И как-то сразу до мужа дошло, что надо делать, хотя я вообще ничего такого не имела в виду, просто поделилась своей болью. А Макар всю оставшуюся ночь шептал, насколько я нужна ему, насколько он любит и как вкусно пахнет у меня кожа. А утром он целовал мне плечи и продолжал шептал такие вещи, от которых вся я целиком покрывалась мурашками. И не хотела сходить в ванну.
Говорить оказалось нормально. Плакать, когда больно, тоже. И я много говорила, рассказывала Макару, почему мне стыдно или страшно.
И, наверно, он действительно не хотел терять нас, потому что с каждой выданной мной ему тайной становился… ближе.
Я забрала пакеты с тканью и неспешной своей походкой гусыни направилась к выходу. Торговый центр пестрел новогодней иллюминацией, и я незаметно для себя стала напевать под нос ""Jingle Bells"". На парковке ждала машина с водителем, и я неповоротливо попыталась в неё усесться. С первого раза плохо получилось. У меня вообще сейчас многое с первого раза нормально не получалось, шнурки там завязать, полотенце с пола подобрать, но я радовалась своей неповоротливости, потому что оставалось совсем немного до появления малыша.
Авто выехало за город, и пастораль первых предвестников Нового года сменилась белым полотном снега и ажурных узоров на ветках деревьев. Я смотрела в окно, а на самом деле на свой прожитый год. Коряво вышло, конечно, но у меня был Макар, малыш и все точно будет хорошо. Я узнавала.
На подъезде к дому в животе заурчало, и как только машина притормозила возле гаража, я поспешила по тропинке к небольшому домику на два этажа с самым атмосферным мезонином.
Макар предлагал дом получше и просторнее, но мне так не терпелось начать сезон гнездования, что эта маленькая сказка с первого взгляда забралась в душу. Я открыла входную дверь и не наклоняясь стянула сапожки, специально для беременности купленные, без всяких застёжек. Куртка повисла на вешалке, и я, впрыгнув в тапочки, пошла на шум.
