Резкий удар по дверному полотну, и дверца кабинки распахнулась, чуть не приложив Гелю по лбу. Она дёрнулась в сторону, а я спокойно прошла мимо, не обращая на неё никакого внимания.
— Что, бежишь? Почти как крыса с тонущего…
— Не переживай, дерьмо не тонет, — ответила спокойно я, подходя к раковинам и включая воду. Стук каблучков настиг, и меня дёрнули за руку, вынуждая расплескать брызги по зеркалам.
— Ты такая смелая, потому что дружок его подсуетится? — в глазах бывшей подруги — безумие. В моих — равнодушие.
— А что будет, если я сейчас возьму и позвоню Макару?
— Звони… — разрешила я и забрала руку, чтобы наконец-то помыть. — Или ты думаешь, что действительно есть что-то такое, что заставит его во мне разочароваться?
Вопрос, что говорится, не в бровь, а в глаз. Ангелина пошла красными пятнами, потому что я угодила куда-то в особо больное место. Например, в осознание, что она никогда не будет мной.
— Да, есть! — нашлась Геля, опираясь бедром о столешницу раковин. — Ты же бесплодная. За десять лет так и не родила, поэтому он предпочёл меня.
Я улыбнулась своему отражению, которое сейчас смотрело на меня голубыми усталыми глазами.
— Но ему оказался не нужен твой ребёнок, — заметила я, выключая воду и поворачиваясь к Геле. Не стоило этого говорить. Хотя…
Ангелина резко шагнула ко мне и, не замахиваясь, ударила меня ладонью по щеке. Тот самый грёбаный сапфир оказался перевёрнут во внутреннюю сторону ладони, и платиновая оправа больно скользнула по коже. Я почти ощутила, как колючий металл прорезал тонкий кожный покров.
Если Геля хотела меня унизить, у неё не получилось, потому что мордобой это последнее, до чего стоит опускаться женщине. Я всегда предпочитала решать вопросы при помощи слов, поэтому, не задумываясь, качнулась навстречу, стиснула запястья бывшей подруги, чтобы не дёргалась, и, приблизившись к лицу, шепнула на ухо:
— А знаешь, что самое забавное, — тихо произнесла я, облизывая губы. — Даже бесплодная, фригидная и холодная я ему важнее, чем ты со своим дитятком, принесённым в подоле… Даже если в один день я ему сердце вырежу своими руками, он всё равно будет, стоя на коленях передо мной, признаваться в любви.
Новое и неудобное.
Глава 22
— Полин, замени меня вечером на обслуживании? — попросила Катя и скорчила умильную физиономию. Я уже две недели работала официанткой в элитном ресторане, и меня неделю только как стали выпускать к народу. Поскольку планов на вечер у меня не было, я пожала плечами и согласилась.
