Наверное, раньше здесь была женщина, любившая кучу нарядов. Я не думаю, что такой заманчивый мужчина, доживший до тридцати пяти лет, ни с кем ни разу не съезжался. Но мне спрашивать о его прошлых отношениях совсем не хочется.
Зачем лишний раз напоминать Давиду о бывшей женщине? Есть же я.
Достаю из пакета футболку, удобные шорты, трусики и носочки.
Я все чаще остаюсь у Давида на ночь, а расхаживать по дому в брюках или Кирияновском платье не очень удобно. Но перебираться к Расулову окончательно я тоже не хочу.
Меня сейчас устраивает, как происходит между нами.
— Я в душ, — на пороге спальни появляется Давид. — Доставку должны привезти. Заберешь, если я не успею?
— Хорошо, — киваю.
Давид уходит.
Я снимаю черное платье, надеваю футболку и шорты.
Платье нужно закинуть в стиралку.
Прохожусь по квартире в поисках вещей Давида, которые можно постирать за компанию, но они снова оказываются в стиральной машинке.
Эта мелочь кажется удивительной. Расулов не разбрасывает одежду. Даже носки.
Я ни разу не видела, чтобы они валялись на полу.
Сколько себя помню, сначала я ходила и собирала носки за отцом, потом за Тимофеем, а за Давидом это делать не нужно. Он сам справляется.
Через десять минут звонит домофон. Встречаю курьера и забираю заказ.
Из душа Давид еще не вышел.
Я раскладываю ужин по тарелкам и накрываю на стол.
— Кать принеси полотенце! — громко просит Давид.
— Сейчас!
Срываюсь из кухни в спальню. Достаю из шкафа большое темно-синее полотенце и направляюсь к ванной.
Стучу в дверь.
Через несколько секунд Давид открывает.
— Спасибо, — берет он за край полотенца и пытается забрать.
Но у меня пальцы сжались на махровой ткани мертвой хваткой. Я стою, как пригвожденная к полу, залипая взглядом на обнаженного мужчину, окутанного влажной дымкой. Смотрю, как капельки воды стекают по его груди к рельефному прессу, минуя пупок, и скатываются еще ниже.
Давид прекрасен… везде…
Я уже несколько раз оставалась с Расуловым ночью, мы даже спали в одной постели, но Давид не склонял меня к близости против моего желания.
Не пытался шантажировать сексом. Он даже спал в футболке, чтобы мне было спокойнее…
Какой вообще секс? О чем я думаю?"
"Давид снова тянет полотенце, а я снова не отпускаю. Тогда он, будто прочитав мои мысли, второй рукой обхватывает мое запястье и резко затягивает к себе в ванную. Здесь очень тепло и влажно.
У меня учащается дыхание, сердцебиение зашкаливает, пульс барабанит в висках.
