В сотне шагов от развилки Макрон приказал людям замедлиться, перейдя на шаг, завидев опциона Лецина и того, что осталось от его людей, которые образовали тонкую линию поперек дороги. За ними фургоны с припасами свернули направо на дорогу, ведущую к броду. Недалеко от развилки смыкались заросшие густым лесом склоны холмов. Макрон вздохнул с облегчением. Это означало бы, что когорта сможет прикрыть заднюю часть багажного поезда легче, чем на открытом пространстве.
- Ты молодец, Лецин, - сказал он. - Ты хорошо поработал, сохранив столько фургонов, сколько имеете.
"
"Опцион вложил свой гладий в ножны и перевязывал полоской ткани свою рану на бедре. Он завязал узел перед тем, как отсалютовать. - Вы не видели моего центуриона, господин? Мардоний?
Макрон покачал головой. - Он погиб. Во главе колонны выживших не было. Теперь ты командуешь шестой центурией.
- Центурион, они снова в движении, - сказал Орфит.
Повстанцы рыхлой массой возвращались к дороге. Их лидеры кричали ободряющие призывы и размахивали оружием, в то время как рога звучали, бросая вызов римлянам.
Теперь, когда у него была возможность увидеть все силы врага, Макрон понял, что быстрая оценка Спатоса была неверной. Повстанцев было не менее полутора тысяч, а может, и больше. Их было в три раза больше, чем мужчин в когорте. Он быстро огляделся, чтобы оценить ситуацию, и понял, что фургоны, управляемые ауксиллариями, не дойдут до развилки раньше врага. Повстанцев придется сдерживать достаточно долго, чтобы обоз въехал в ущелье за развилкой.
- Четвертая сирийская! Стой! Налево!
Вспомогательная пехота развернулась к повстанцам, когда Макрон отдал приказ Спатосу. - Декурион, сделай все, что в твоих силах, чтобы прикрыть фургоны и обеспечить их движение.
- Да, господин.
- А что насчет меня? - спросил Орфит.
- Твой выбор, господин. Езжай со Спатосом или сражайся здесь со своими людьми.
- Иначе говоря, выбора нет, - ответил Орфит. Он перекинул ногу через луку седла, проворно спрыгнул на землю и передал поводья одному из людей Спатоса.
Затем, увидев щит рядом с телом мятежника поблизости, он поднял его и проверил его вес.
- Сгодится, - пробормотал он и обнажил меч. Он обменялся кивком с Макроном, затем протолкнулся сквозь людей первой центурии и занял свое место в центре первого ряда.
- Ну, теперь, - задумчиво произнес Макрон. - У парня и впрямь железный хребет.
Один из рожков повстанцев издал громкий длинный звук, и остальные присоединились к нему.
