На глазах у Катона один из легионеров получил попадание стрелой в щеку и скрылся из виду. Пока их товарищи были заняты защитниками, многие парфяне спешились и пересекли ров, чтобы взобраться на валы, повернувшись, чтобы поднять тех, кто находился позади них, чтобы они могли перелезть через деревянные колья и забраться на батарею.
Первый из пеших мятежников тоже подошли к батарее, и Катон видел, как они прошли по сторонам, в то время как другие помчались к лагерю. Ворота, выходящие на город, были открыты, и горстка легионеров встала между мятежниками и остальной частью лагеря.
Несмотря на то, что враг не мог насчитывать более двух тысяч – больше, чем первоначально предполагал полководец, – у них было преимущество внезапности перед мятежными римлянами, а моральный дух осаждающих был хрупким, как тонкий лед. Если он сломается сейчас, они окажутся во власти мятежников и их парфянских союзников.
Медная нота пронеслась сквозь резкий зимний рассвет, отчетливо слышимый сквозь шум ликующих нападающих. У кого-то хватило духа призвать всех к оружию, и Катон горячо надеялся, что обучение и привычки тех, кто много лет служил в армии, будут определять действия остальных людей.
Сигнал прозвучал снова, и люди, стоявшие за частоколом лагеря, которые мгновение назад мерзли в нерешительности, начали отворачиваться и спешить обратно в свои хижины, чтобы взяться за оружие и строиться по своим подразделениям.
- Они внутри! - сказал Макрон.
Катон оглянулся и увидел, что ворота батареи начинают открываться. Сразу же собравшиеся парфяне ринулись вперед, распахивая ворота и прорываясь за укрепленные земляные валы.
Катон почувствовал, как его внутренности дрогнули при этом зрелище. Легионеры внутри отдали свои жизни, чтобы купить самую короткую из задержек, и теперь враг мог свободно атаковать онагры и нанести им как можно больший ущерб, прежде чем отступить за безопасные стены Тапсиса.
Преторианцы приблизились к батарее и были уже в сотне шагов, и Катон вздохнул, чтобы отдать новый приказ.
- Вторая преторианская! Двойным шагом!
Колонна набрала темп, земля под ними начала свой плавный уклон к осадной батарее.
Впереди первые из парфян, все еще верхом на лошадях перед воротами, повернулись к преторианцам, подняли луки и потянулись за свежими стрелами из колчанов.
- Поднять щиты! - предупредил Катон, затем приказал двум мужчинам позади него и Макрона занять их места во главе колонны.
Руки ближайшего парфянина спустили тетиву лука, когда стрела была выпущена.
