Мои соски напряглись под тканью лифчика, и Нино рассматривал их, целуя то место, где ткань была смята. Его серые глаза поднялись, чтобы встретиться с моим.
— Ты хочешь, чтобы я снова был прикован наручниками?
На мгновение я настолько погрузилась в вызванные им ощущения, что не поняла, о чем он говорит, но все равно кивнула. Он встал с кровати и вернулся с наручниками. Затем он приковал одну руку наручниками к спинке кровати и прислонился к ней спиной. Я стянула рубашку через голову, прежде чем мой мозг успел помешать.
— Если ты наклонишься, я могу поцеловать твою грудь, если хочешь.
Такой спокойный, контролируемый и клинический, но со скрытым напряжением в его шелковистом голосе, который выдавал его возбуждение.
Я покраснела и потянулась назад, чтобы расстегнуть лифчик. У меня слишком тряслись руки. Нино спокойно посмотрел на меня.
— Я могу разжать ее свободной рукой. Это моя левая, так что это может занять у меня немного больше времени.
Я придвинулась ближе, и через пару секунд он протянул руку и расстегнул мой лифчик.
Затем он снова опустил руку и положил ее на вспоротый живот. Я опустила лифчик. Он видел меня обнаженной в нашу брачную ночь, но мне все еще было неловко от его спокойного взгляда. Я не могла знать, одобряет ли он то, что видит.
— Поднимайся, — сказал он.
Я приподнялась и опустилась на колени рядом с ним. Он медленно протянул руку и коснулся моего плеча, его ладонь была теплой на моей коже. Он слегка надавил на меня, пока я не наклонилась и не прижалась грудью к его лицу. Он приоткрыл губы и сомкнул их вокруг моего соска в восхитительном коконе тепла и влажности.
Я задохнулась от этого ощущения и прижалась к его груди, приблизив свою грудь к его лицу. Его глаза, казалось, видели меня насквозь и точно знали, чего я хочу, когда его язык начал обводить мой сосок.
Это было невероятно, ошеломляюще и так хорошо. Он откинулся назад и начал неторопливо сосать мой сосок, дергая, кружа, покусывая, пока я не промокла насквозь. Я никогда не была так возбуждена, но рот Нино и его пристальный взгляд вызвали неожиданные ощущения.
Я сжала ноги вместе, чувствуя, что взорвусь, если в ближайшее время не найду облегчения.
Глаза Нино были прикованы к этому движению, но он продолжал свое служение. Я не могла отвести взгляд от его лица, от желания в его глазах и от того, как он ласкал мою грудь.
Он выпустил мой сосок с влажным звуком и выдохнул. Мои щеки горели. Он оторвал руку от живота и положил ее на мою ногу, затем легонько положил мне на колено.
