Те слушаются, и мы остаемся втроем.
— Я все же хотел бы услышать объяснения, — устало говорит отец.
Не понимаю, что я могу ему объяснить. Итак все ясно.
— Пап, давай не будем.
Он продолжает требовательно смотреть на меня, поэтому излагаю максимально кратко.
— Ирина пришла вчера ко мне. Я был у Еленки, которая сунула мне в нос справку об аборте. Я поэтому и пустил эту. Хотел узнать, на самом ли деле Лена избавилась от моего ребенка. Но вместо этого Пархомова стала предлагать себя. Я ее выпроводил. Она убежала с криками, что я пожалею.
Вот и всё.
— А то, что у нее на лице? — в разговор вмешалась мать.
— Мам, я ее пальцем не тронул. Если бы было по-другому, я бы сказал.
Мама решила выяснить все и сразу.
— Лена… Она действительно это сделала?
— Скорее всего, нет. Я уверен, что нет. Иначе Давлатов бы мне прямо так и сказал сегодня.
— Чего? Ты был у него? — голос отца автоматически повышается.
— Да, был. Мне нужно знать правду.
— Платон! Ты с огнем играешь!
— Да мне все равно, как ты не поймешь! Ленка не отвечает ни на сообщения, ни на звонки, видеть меня не хочет! Еще эта справка дурацкая… — сам не замечаю, как начинаю говорить громче, чем требуется.
— И что ты добился своим визитом?
— Он сказал, чтобы я дал ей время.
— Чего ты делать, видимо, не собираешься, — подводит итог отец.
С шумом выдыхаю:
— Пап, мам… Я б рад. Только я хочу быть с ней. Видеть, как она меняется, баловать ее, узнать, кто у нас родится, вместе придумать имя…
— Еще скажи, женишься на ней.
— Если бы она согласилась, даже бы не задумывался.
— Тогда надо было кольцо дарить, а не по промзонам ее таскать, — отец не упускает случая уколоть.
— Игорь, Платон — прекратите! — требует мать, — Насчет Лены… Сергей хорошо ее знает, если советует, есть смысл его послушать. А вот с Пархомовыми надо что-то придумать. Они просто так не успокоятся. Скорее всего, они отправились в полицию. У Петра там много знакомых.
Мне не нравится ее идея по поводу советов Давлатова, но я предпочитаю промолчать.
— В доме есть видеонаблюдение. На нем должно быть видно, в каком состоянии ушла от меня Ирина. Но лучше поторопиться. Пока запись не пропала, — отвечаю матери.
На что рассчитывала эта идиотка, обвиняя меня в том, что я ее ударил, не знаю. В доме полно камер. Единственное, что приходит в голову, она просто не обратила на них внимание.
— Сам-то разберешься? — с сомнением тянет отец.
— Да, — ответ звучит резко.
Не теряя времени, еду в Хамовники.
