Но мне плевать, что он обо мне подумал.
Платон же тем временем аккуратно тянет меня за запястье и подталкивает в сторону спальни. Решаю, что так будет лучше. А он кивает Дзагоеву в сторону выхода, цепляет свою куртку с вешалки и ключницу с полки.
Видя, что я задержалась, повторяет чуть резче:
— Иди спать, Лена.
Я ухожу и уже в комнате слышу, как захлопнулась входная дверь. Но о том, чтобы уснуть и речи быть не может.
Я жду возвращения Платона.
Платон
Я вышел из квартиры последним. Саша испуганно оглядывалась на нас с Самиром, но молчала.
Дзагоев тоже хранил молчание.
На улице порыв ледяного ветра пробрал до костей. Пришлось застегнуть куртку.
Охрана отвела Сашу в машину и назад не вернулась.
Я закурил.
— Самир, не надо сюда больше приезжать.
Мне не понравилось, как он разглядывал Еленку. Совсем.
— Платон, я так и не понял, чья же она девчонка.
На этот счет у меня не было сомнений.
— Моя. Тебе-то какая разница?
— Странные вы русские. Женщина должна принадлежать одному мужчине. Иначе это… — он предусмотрительно не стал договаривать свою мысль.
"
"Я покачал головой.
— Вай, вай, дорогой. Так ты Лену глазами только что чуть не сожрал. И дай тебе волю, тебе бы было плевать, сколько у нее до тебя было мужиков. Ни одного. Или двадцать. Самир, мы с тобой вроде всегда друг друга понимали хорошо. Не крутись возле нее. Ты ж меня знаешь. Хочешь гарем организовать, из своего аула приведи еще кого-нибудь. И наслаждайся. Саша — старшая жена, та — младшая. Кайф.
Он усмехается.
— Да я и не собирался.
Просто ты насчет этой девочки заблуждаешься. Такие, как она, коллекционируют мужчин. И это не ты ее заарканил. А она тебя заманила в свои сети. При том, что маловероятно, что ты останешься единственным уловом.
При каждом его следующем слове у меня увеличивается желание съездить ему по наглой роже. Останавливает меня лишь то, что так я лишь подогрею его интерес к Лене и желание мне насолить.
— Самир, прежде чем разбираться в моей жизни, лучше наведи порядок в собственной. Зачем тебе Саша? Ни ее брата, ни твоей сестры уже нет в живых.
Какая месть? Кому?
Дзагоев окидывает меня ледяным взглядом.
— Не твоего ума дело.
Сейчас за показным спокойствием бушуют нешуточные страсти. Я в этом уверен.
— Как и Лена.
Он хмыкает и идет в сторону машины. Я же возвращаюсь в квартиру. Сомневаюсь, что Лена послушалась и улеглась спать. И точно, я нахожу ее на кухне с чашкой чая. По помещению витает тонкий аромат лимона.
— Будешь? — спрашивает она у меня, кивая на чайник.
