Когда она, одним взглядом сотрёт его в порошок…
Резко рванул девушку на себя, погружаясь до опасного предела, до той грани, где снова можно ощутить физическую боль. Но она не идёт ни в какое сравнение тем, что творилось внутри. У каждого из них.
В рваных движениях, рука всё же соскользнула с её рта, и до его ушей донеслось такое же сбитое дыхание. Вперемешку со стоном и чем-то ещё, наполненным до краёв горечью.
- Ты не простишь меня, - обхватил тонкую шею длинными пальцами. Под ними отчаянно бился пульс – Я знаю… Мили…
Она ничего не говорила.
Сжала зубы, погружаясь в себя. Представляя, что всё это происходит не с ней. Не в силах понять, за что он так с ней поступил? Где она оступилась? В какой момент оказалась на обрыве, не заметив, что вот-вот упадёт?
Илья вышел из девушки и, обхватив тонкую талию, развернул блондинку к себе. Подхватил под ребра, усаживая ту на некогда пыльный стол. Не мешкая, втиснулся между ножек, и прошёлся пальцами по мокрым складкам…
Не смотри на неё. Не ищи взгляд.
Ты там сгоришь. Нет, захлебнёшься в… пустоте?
Головкой прошёлся по клитору, круговыми движениями нервируя бугорок. Нижняя челюсть напряглась, как и все мышцы на теле. Сгусток похоти разрастался в груди. В башке. Заполняя собой остатки разума.
- Ты только моя, Мили… - толкнулся вперёд, вновь заполняя собой желанное тело. С губ сорвалось утробное, дикое рычание. Вдалбливался, чувствуя, как по виску скатывается капелька пота. Следом вторая. Раз за разом. Вколачивался, цепляясь за неё.
За талию, обтянутую нежной тканью, за бархатистую кожу обнаженных бёдер. Полоска кружева больше не мешала и не раздражала. Брюнет сосредоточил всё внимание на ней. На кружеве чулок, на том, как выскальзывает из неё влажный член. И снова погружается в неё.
Ему показалось, что прошло слишком мало времени, но горячая волна подступала всё ближе. Чувство приближающегося оргазма достигло предела, когда сдержать его уже не было сил. Зарычал, и, наконец, поднял рассеянный взгляд. Вид её приоткрытых губ стал финальным аккордом.
Илья вцепился в нежное бедро сильнее, чем хотелось бы и, вонзаясь в горячую плоть в последний раз, резко вышел, почти заскулив, как побитый пёс. Кончая себе в кулак, и тут же падая на девушку сверху.
...
Тишина. Она способна раздавить твою черепную коробку. Размозжить твою голову и тебя самого. Сожрать твои внутренности. Ты будешь харкать кровью, не в силах произнести ни малейшего звука.
Так и сейчас…
Илья всё осознавал.
