Я знаю, на что ты смотришь

— Максим… Мне просто нужно немного подумать, а рядом с тобой мозг работает только в одну сторону — обнять и трахать.

— Я тебя сегодня уже отпустил переодеваться… — вспоминаю дневной инцидент. — Завтра снова буду носиться по комплексу, как ненормальный, в поисках ебанашки?

— Нет. Я обещаю…

Знаю, что нельзя давить. Нельзя вести себя подозрительно. Я должен помогать ей, но как это сделать, если она только и делает, что отталкивает меня, когда момент подходит к откровению?

— Максим, я всего лишь прошу немного доверия и понимания.

— Понимания? — вскидываю бровь.

— Знаю, что у тебя есть вопросы. И я отвечу на них, только…

— Хорошо… — тяжелый вздох вырывается изо рта, и я опускаю голову. — Но я приду к тебе, как только проснусь.

— Договорились.

— И дай мне, черт возьми, номер своего телефона.

Ева хохочет, отклоняясь назад. Ей идет смех. И он совсем не похож на ведьмин режущий слух скрежет, он мягкий и мелодичный. Слушал бы и слушал. Похоже, я действительно влюбляюсь в эту девчонку.

Ева сама вытаскивает мой телефон из кармана и набирает заветные цифры, а после вручает мне свой телефон, снимает одежду и бросается в воду. Сохраняю ее номер, записывая самым подходящим именем, а потом звоню ей, чтобы забить и свой номер на всякий случай.

Ева выходит из воды с другой стороны забора и подходит ко мне. Как же меня бесит преграда между нами. Ведьмочка протягивает руку в небольшую щель, чтобы забрать свои вещи.

Я не хочу ее отпускать...

— Ева…

— Неужели ты будешь так сильно скучать по мне, сладкий? Хочешь я скину тебе парочку секси-фоток, чтобы ты мог подрочить перед сном?

Что? Опять за старое?

— Думаешь, спряталась за забором, можешь снова зубки показывать? Сейчас я перелезу и…

— Ладно-ладно… — сдается Ева с улыбкой на лице. — Я просто пошутила.

— Мне это, блять, не нравится, — говорю честно и довольно грубо.

— Знаю. Но мне это нужно. Пожалуйста, Максим… Я не могу тебе это объяснить.

"Сука! И как тут сказать нет? Хоть спи здесь возле забора, чтобы остаться поближе.

— Я понял. Иди. Увидимся завтра.

Ева приближает свое лицо к щели между прутьями и вытягивает губы. Нихера! Так не пойдет!

Перелезаю через забор и спрыгиваю рядом с ней.

— Максим!

Больше Ева не успевает ничего сказать, потому что я целую ее с таким отчаянием и сумасшествием. Это она виновата. Сама! И я придурок. И весь мир вокруг.