Я повернулся к Антону Андреичу, стоявшему в сторонке с виноватым видом и покорно ожидавшему моего гнева."
"— Вы что? — сказал я ему, едва сдерживаясь, чтобы не схватить за ворот и не потрясти как следует. — С ума сошли?! Вы понимаете, что подвергли опасности не только свою жизнь, но и жизнь Анны Викторовны!
— Я хотел, как лучше. Вас не было. Я… — начал, запинаясь оправдываться Коробейников.
Мой гнев взял-таки верх. Я ухватил его за пальто:
— Я вышвырну Вас из полиции! Извольте точно исполнять мои указания! — я почти орал на него, выпуская наконец-то весь свой страх и гнев и встряхивая его на каждом слове.
— Если я Вам сказал ждать в управлении, нужно ждать в управлении!
Я выпустил пальто Коробейникова и отвернулся. Хватит. Нужно успокоиться, взять себя в руки. Что это я, право слово!
-Анна Викторовна прибежала, — продолжал виновато оправдываться Антон Андреич, — сказала, Морель тут…
— А зачем Вы ее с собой потащили?! — взвился я снова.
Коробейников взглянул на меня с некоторой даже обидой:
— А она что, слушает кого?!
Здесь он был прав.
Если уж ни мне, ни родному отцу не удается удерживать эту неукротимую особу от поиска приключений, то Коробейникову эта задача точно не по плечу. И вполне можно предположить с изрядной долей достоверности, что не пойди он с ней, Анна, ничтоже сумняшеся, отправилась бы ловить Мореля в одиночку. Так что все могло окончиться куда хуже.
Я посмотрел на Антона Андреича. Он стоял с виноватым и совершенно несчастным видом. На меня даже и не смотрел. И, видимо, мысленно уже прощался с любимой работой.
— Нарекание Вам на первый раз, — я сунул Коробейникову его пистолет, который отобрал у Мореля. — В следующий раз уволю.
Развернулся и пошел по улице в сторону управления, провожаемый изумленно-радостным взглядом Антона Андреича.
Он еще немного помедлил, видимо, не веря, что гроза миновала, и побежал меня догонять.
Пока Морелю оказывали медицинскую помощь, я ещё раз допросил Алексея Елагина и выяснил, кто был сообщником Мореля в Затонске. Алексей рассказал про появившуюся в его жизни недавно очаровательную Дарью.
Правда, он так и не поверил, что она могла быть сообщницей преступника. Видно было, что молодой человек влюблен без памяти и просто не способен поверить дурным словам в адрес возлюбленной. Впрочем, он согласился рассказать нам, где она проживает, чтобы мы могли с ней побеседовать и убедиться в ее невиновности.
Дарьи дома не оказалось, и мы разыскали хозяина снимаемой ею квартиры, чтобы он открыл нам дверь.
