Моё признание мгновенно вызывает бурю оваций со стороны парней. Девушки же недовольно фыркают и приступают снимать с себя самое ненужное.
– Надо было сразу начинать с Яны, а то кузнечики, Мадонна, – хохочет Игнат, а Фил прижимает меня к себе чуть ближе. – Саня, теперь ты.
– Я никогда не обнимал одну девушку, думая о другой! – произносит вполне серьёзно Филатов, а мне становится неловко.
– Ты врёшь! – шепчу тихо-тихо, чтобы больше никто не услышал.
– В этой игре нельзя врать, – щёлкает меня по носу указательным пальцем Фил и подмигивает.
А я замечаю, как некоторые парни тянутся за штрафной, в том числе и Ян.
– Я никогда не была брюнеткой, – довольная своей маленькой местью, Ульяна смотрит на меня, поджав губки. В этой компании брюнетка только я, а потому стягиваю с себя шарф и с улыбкой откидываю тот в сторону.
– Я никогда не училась на бюджете, – поддерживает подругу Катя, а мне приходится распрощаться ещё и с курткой. На улице не так уж и холодно, поэтому и эту потерю я переношу легко.
– Ты всегда можешь выйти из игры!– нашептывает Филатов, заботливо согревая меня в своих объятиях.
– И проиграть? – верчу головой. – Ни за что!
Доставлять подобное удовольствие Бельской не собираюсь!
– Я никогда не летал на самолёте, – хохочет Женя, а потом в качестве извинений пожимает плечами. – У меня аэрофобия.
Аэрофобия Жени стоит мне кроссовок, а нелюбовь Игната к лошадям – ещё и носок.
– Надоело, – подает голос Фил, ощущая, как я начинаю дрожать в его руках и совсем не от излишней близости к упругому телу парня.
– Давайте сменим игру.
– Поддерживаю! – голосит с противоположного конца стола Шах.
– Я ещё не признавалась, – шипит Бельская, а я судорожно думаю, что ещё смогу снять. Верится с трудом, что Диана не захочет отыграться на мне за томатный сок, тем более таким невинным способом.
– Ди, давай без приколов, – цедит Шахов, то ли умирая со скуки, то ли от волнения за меня. И как только вышло так, что я проигрываю по всем фронтам?
– Любимый, ну конечно, – Бельская домашней кошкой льнёт к груди Шаха, а затем запросто разбивает мои надежды в пух и прах.
– Я никогда не попадала в аварию.
Не понимаю, откуда эта дрянь знает про моё прошлое, да только по правилам игры мне снова предстоит с себя что-то снять, а Филатову – пить. Вижу, как скалится Шахов, чувствую, как напрягается всем телом Фил, и не дожидаясь споров, встаю на ноги и снимаю с себя свитер, благо под ним остаётся спортивный топ. Чёрный, короткий, на тонких бретелях.
