Японская война. 1904

Остановились, отойдя в сторону от дороги и небольших корейских деревень, благо воду и еду взяли с собой, и на такие мелочи можно было не отвлекаться. Палатки поставили из шинелей, а потом я проследил, чтобы каждый укрылся на ночь стеганым одеялом. Еще одно удивительное открытие. Оказалось, что ватники, которые потом переберутся в Россию, первыми придумали и сделали китайцы. Я, как увидел, сначала обалдел, а потом заказал по той же технологии жутко теплые и легкие одеяла. Помогут не замерзнуть в походе и раненых, если что, согреют.

Четверть полковой казны спустил, но не жалею!

– А я на холоде лучше сплю, – попытался поспорить Хорунженков, отвечающий за нашу пешую сотню. – Зачем мне в эту теплынь залезать?

Было видно, что к нашему разговору прислушиваются сразу несколько солдат и казаков, так что уже через пару минут обо всем узнает и остальной отряд.

– А тут просто, – я ответил погромче, чтобы все расслышали. – Представь, что тебе нужно кому-то в морду дать. Ведь чем сильнее ты это сделаешь, тем лучше?

– Ясное дело.

– А еще вопрос. Бывает же, что ты устаешь?

– Бывает, – Хорунженков усмехнулся, уже поняв, к чему я веду.

– То есть мы только что на практике поняли, что сила нам нужна и что она кончается. Во сне мы эту силу восстанавливаем…

– И при чем тут одеяло?

– Если его нет, твое тело пытается греть твоя кровь. Хватит ей силы – проснешься. Не хватит – умрешь, – я еще больше повысил голос. – Наша кровь сильная, и когда мы здоровы, ее много на что может хватить, но… Если мы болеем, всегда надо укрываться.

Кажется, получилось. Со стороны донеслось несколько смешков, да и сам Хорунженков улыбнулся.

– Ты ведь специально? – уже шепотом сказал я. – И как я сразу не понял.

– Нормально все, Вячеслав Григорьевич, – только отмахнулся капитан. – Вы в чем-то получше соображать стали, но опыта общения с нижними чинами вам все же не хватает. Какое бы полезное дело вы ни придумали, нельзя просто приказать.

Я только кивнул в ответ.

И ведь такие простые вещи сказал сейчас капитан. Да и я сам – никогда не собирался смотреть на других сверху вниз, а без опыта все равно чуть не наломал дров."

"Проснулись мы в пять утра, стоило солнцу только показаться из-за краешка горизонта, быстро умылись и тут же двинулись дальше.