Японская война. 1904 (СИ)

А то, несмотря на все старания и подготовку, японские гаубицы уже начали понемногу разносить даже закрытые позиции, да и генерал-майор Кашталинский отвел свои силы, открывая наш правый фланг. Вряд ли, конечно, Куроки решил отказаться от давления на основные силы Засулича и пустит 2-ю дивизию Ниси только чтобы нас окружить, но все же. Лучше не доводить до соблазна.

Как написано в уставе, отступление должно проводиться исключительно шагом, а то бег уж слишком легко переходит в хаос. Так мы и сделали. Сначала я скомандовал отход частям 11-го стрелкового, а то они в наших позициях не очень ориентируются.

Потом пришла очередь уставшего батальона Мелехова, и последним отходил Шереметев. Столичный франт сегодня выглядел непохожим сам на себя: глаза навыкате, рот, кажется, застыл в крике. Сам принимает решения, сам командует, и солдаты слушают его не как раньше, только потому что должны, а с уважением.

— Вячеслав Григорьевич, знаете, что общего между вами и княжной Гагариной? — Шереметев неожиданно решил пошутить.

— И что?

— Что с ней сойдешься, что с вами — мужики начинают уважать, — Шереметев сам скаламбурил, сам посмеялся и тут же снова погрузился в командование батальоном.

Я отходил вместе с ним одним из последних. Прощальный взгляд на оставленные позиции — жалко, но они выполнили свою задачу. Японцы показались на вершине еще недавно наших сопок лишь через двадцать минут, к этому времени я уже дошел до нашей второй линии. Короткая перестрелка, которая осталась за нами благодаря снайперам, и снова отход.

Эта позиция готовилась на случай прорыва первой, чтобы было куда быстро отойти. Но у скорости был и минус: 52-я сопка все еще находилась в зоне обстрела вражеской артиллерии. Уже на краю, но все же: японцы тоже оказались не лыком шиты и успели подтащить часть своих батарей прямо на острова посреди Ялу.

Поэтому и мы откатывались еще немного назад, чтобы Иноуэ и Хасэгаве пришлось атаковать нас только пехотой, разве что при поддержке немногочисленных горных орудий.

— Не идут, ваше высокоблагородие, — рядом со мной нервничал капитан Афанасьев, командир все-таки переданной полку полноценной батареи.

— Ждем, — я постарался успокоиться.

— Пять минут прошло, а все еще никого нет, — Афанасьев вытер пот со лба.

Да, иногда затишье бывает хуже бури, а враг порой ведет себя совсем не так, как ты от него ждешь. Я вот был уверен, что японцы вцепятся в нас и постараются не отпустить, но вражеские командиры словно были готовы удовлетвориться взятой переправой.