Знакомая забытая паника, которая не давала о себе знать со времён того лета четыре года назад, начала сдавливать внутренности, и мир поплыл в вязком, гиперреалистичном тумане.
– А ну стой! – крикнула Соня, спрыгивая со стены и проталкиваясь следом.
Хэдли добралась до ворот и побежала – мимо родителей, что опирались на капоты машин, мимо автобусов – в лес за школой. Оказавшись среди деревьев, она почувствовала, как сжались лёгкие, нащупала ингалятор, но поскользнулась и попала ногой в лужу липкой грязи.
– Ты не можешь долго бегать! – крикнула Шантель, когда они с Соней подошли к опушке.
– А спрячешься – мы тебя услышим!
Хэдли почувствовала, как сжимается грудь; вот бы сейчас наткнуться на Мака или Лэмб – или на Сепа. Сепа, что бросил бы на неё один из тех взглядов, по которому она могла точно определить, о чём он думает, и они бы спрятались в своём собственном маленьком мирке, не говоря ни слова – и не нуждаясь в этом.
Хэдли достала ингалятор, уронила его, наклонилась – и всё утонуло в клубящемся тумане.
Вдалеке мелькнули вьющиеся волосы Сони, и Хэдли снова побежала, бросилась в заросли кустов и подтянула колени к подбородку.
В лесу стало очень тихо, и она услышала отдалённый рокот двигателей с автостоянки. Где-то там было безопасно, и люди не знали никаких тревог.
А Хэдли сидела здесь, точно загнанная в угол крыса, всего в сотне футов от них.
– Ты где, уродка? – пугающе близко прошептала Соня.
Хэдли приоткрыла один глаз и увидела почти рядом большую плоскую ступню. Стоит Соне просто наклониться, и она найдёт свою жертву.
Грудь снова сдавило, лёгкие свело.
Хэдли посмотрела на ингалятор. Если использовать его, шум её выдаст. Если же нет…
– Где ты? – проревела Соня, рассмеялась и постучала палкой по стволу рядом с головой Хэдли.
Несчастная покачнулась: от нехватки воздуха она едва не теряла сознание.
Хэдли снова подумала о Сепе. Представила, как он бережно поддерживает её под спину, подносит ко рту ингалятор и с шипением нажимает поршень. Как долгожданный кислород поступает в вены, а лёгкие болезненно распрямляются.
Ноги Сони остановились.
А потом её перевёрнутое лицо заглянуло в крохотный просвет, куда протиснулась Хэдли, и мучительница вновь ударила палкой по стволу.
30. Посланник
Миссис Сиддики плакала за своим столом, прижимая ко рту носовой платок.
– Заходи, Септембер, он ждёт, – сказала она со слабой улыбкой.
– С вами всё в порядке?
– О да, всё хорошо. Утро выдалось тяжёлым. Мы все очень обеспокоены.
