Наоборот, с каждым днём оно выглядело сложнее…
Глава 30
Время поквитаться пришло даже раньше, чем рассчитывал Шмель.
Спустя пару часов отряд чернокожих ушел, угнав с собой примерно треть собранных на площади жителей. Остальные постепенно начинали разбредаться по хатам. Хотя несколько баб по-прежнему оставались на площади – сидели в пыли, опустив головы, плакали беспомощно. Между ними петухом расхаживал мерзкий Чапчик – не то утешал, не то хвалился, что уберег остальных своей хитростью.
Как подметил Шмель, трое чернокожих из крайней хаты не ушли с отрядом, а вернулись в дом, где обитали.
В тот самый, куда ранее отволокли бесчувственную Клюшу. Четверть часа прошло, но никто из них не показывался во дворе – видимо, уже начали своё похабное развлечение.
- А вот теперь – пора, - твердо сказал Кабай.
- Томша, возьмёшь того мелкого гада на площади. Не дай сбежать. Ну и в целом поглядывай, чтоб никто не поднимал шума. Самострел я тоже пока заберу, ты и без него справишься.
- Понял, - коротко кивнул рыжеволосый.
- Потом подтягивайся к нам, вдруг понадобишься. А мы двинем к крайней хате. Пора мужиков в деле опробовать.
Недавно рвавшийся в бой Шмель, похолодел, представив, как врывается в дом – и лицом к лицу сталкивается со свирепым чернокожим великаном. Ладони аж вспотели от страха. Но стараясь не выдать охвативших его эмоций, презрительно сплюнул и нарочито бодро окликнул мужиков, разлегшихся под деревом:
- Заснули там чтоль? Вставайте, лежебоки, пора на дело. И если кому требуется отлить или чего посерьёзнее, поторопитесь.
Лучше сейчас, чем потом в порты навалите со страху.
Спрыгнул с дерева и только потом вытер о рубаху собственные ладони, якобы избавляясь от мусора и древесной коры, а не выступившего от страха пота.
Примерно половина мужиков уже начинала слушаться приказов Шмеля. Остальные делали вид, что не слышат и не замечают выскочку, порой даже демонстративно отворачивались. А некоторые, например недавний приятель Пархим, даже презрительно сплевывали в сторону.
Видно, бородатому мельнику, совсем недавно считавшемуся главным, было обидней всех. Но ничего, постепенно привыкнет. Теперь главное в бою себя показать. Тогда и остальные зауважают, перестанут морщиться.
Мысль о предстоящем сражении снова заставила вспотеть, но Шмель в очередной раз глубоко вздохнул и заставил себя вымученно улыбнуться, прогоняя тревогу."
"- Всё, пошли. Быстро! – приказал Кабай. Мужики похватали нехитрое оружие и поспешили за ним.
