— Оседлай его, Брайони, — обращается ко мне Эроу.
Я опускаю брови. Он это несерьезно.
— Не волнуйся, он останется в штанах, — говорит он. — Правда?
Нокс выплевывает трусы изо рта.
— Пошел нахуй.
— Она не пойдет, — самодовольно отвечает Эроу. — Но давай, куколка. Залезай на него.
Я застываю на месте, мои глаза мечутся между Эроу и Ноксом. Эроу обхватывает меня за шею, заставляя втянуть воздух, когда моя грудь подпрыгивает, а я чуть не спотыкаюсь на каблуках.
— Я сказал, садись на него, — требует он.
— Покажи ему, чего он не может получить.
Он лижет мне лицо, упираясь лбом в висок, а затем снова поворачивает голову к Ноксу, и наши взгляды падают на него, лежащего на полу. Его грудь вздымается под расстегнутой рубашкой, очертание твердого члена виднеется под джинсами, когда он наблюдает за нами.
Ему нравится это извращенное дерьмо так же, как и нам.
Я поворачиваюсь лицом к Эроу, когда он ухмыляется своему другу. От его уверенного и самоуверенного взгляда мои бедра сжимаются.
Он такой собственник. Такой токсичный. Он ежедневно лишает меня чувства феминизма, лишает меня необходимости делать что-либо, кроме как подчиняться его воле ради моего собственного больного и извращенного удовольствия.
Я лижу его шею, и он откидывает голову назад, позволяя это сделать. Я впиваюсь зубами в плоть возле его ключицы, оттягивая ее, пока кожа не лопается, и вижу красные бусинки крови, медленно образующиеся из маленького укуса.
Его челюсть сжимается, и он тяжело дышит через раздувающиеся ноздри, зная, что боль делает с ним.
Он хватает меня за руку и грубо тянет вниз, пока я не оказываюсь верхом на его друге, который все еще в наручниках.
Не теряя времени, он снова наклоняет свой член, вжимаясь в меня сзади, пока мой клитор нависает над эрекцией Нокса, а руки удерживают меня на полу. Эроу толкает меня вниз, так что мои руки сгибаются, и мои груди трутся о голую грудь Нокса, а мой клитор упирается ему в живот.
— Ты извращенная сучка, — кричит Нокс, глядя на меня так, словно я деликатес, который он не может себе позволить. Он приподнимает бедра, вдавливая эрекцию под джинсами о мой клитор.
Эроу проникает глубоко, ворча сексуальным, надтреснутым тоном, удерживая себя там.
— Откройся, — говорит он, задыхаясь, когда я чувствую его пальцы по обе стороны от моего лица. — Покажи ему рот, который он хочет заполнить.
