Ясненько, строить отдельные квартиры дорого, вот и возвели наспех опять барак, только не деревянный, а каменный.
На кухне стояло несколько газовых плит. Возле длинного стола две женщины разводили квас. Явно ничем не помогут – слишком молодые, но все же спросила:
– Девушки, из старых жильцов кто остался?
– Зачем вам?
– Я из муниципалитета, проверяем списки очередников.
Тетки призадумались.
– На втором этаже – баба Рая, а на третьем – дядя Семен, остальные кто поумирал, кто съехал.
По выщербленным ступенькам полезла выше.
Убожество давило на нервы. Стены исписаны надписями ""Спартак"" – чемпион"", ""ЦСКА"" – кони"".
Стекло выбито, и пол перед подоконником усеян окурками. Очевидно, местные дамы выгоняют сюда супругов покурить.
Баба Рая оказалась тучной, неопрятной старухой, одетой, несмотря на жару, в теплый байковый халатик. Седая сальная косичка мышиным хвостиком спускалась по жирной спине.
На ногах бабка носила плотные чулки и высокие ботинки. Как только не расплавится!
Переступив порог ее комнаты, я словно оказалась в конце пятидесятых годов.
Большая железная кровать с ""шишечками"" на спинке, круглый обеденный стол, покрытый красной плюшевой скатертью. В углу допотопный ""Рубин"" на паучьих ножках. Экран стыдливо прикрыт от света вязаной салфеточкой.
Тут же холодильник ""Бирюса"". Апофеоз благополучия – огромный ковер на стене.
– Чего тебе, – прошамкала бабуся, – сахару одолжить?
– Нет, нет, я из муниципалитета.
– А, – протянула бабка, – то-то не могу вспомнить, в какой квартире живешь.
Зачем я властям понадобилась?
– Проверяем списки коренных жильцов. Вы давно тут прописаны?
– И не вспомнить, – махнула рукой старуха, – зажилась совсем, на тот свет пора. Сначала в бараке на рынке мыкалась, потом эту фатеру дали. Все говорили: временно, скоро переселим! Так обманули! Кто похитрей, давно уехали, а я сижу тут, словно таракан, ни помыться по-человечески, ни сготовить.
– У меня одна семья есть в списке – Павловские.
Только что-то не найду никак.
– Какие такие Павловские? – удивилась бабулька. – Не помню.
– Вот написано – Альберт Владимирович и Виолетта Сергеевна.
– И, милая, – рассмеялась баба Рая, – какого года у тебя списочки? Небось при царе Горохе составляли. Нет их тут давно, сто лет как съехали. Только почему Павловские? Вилка Никитиной была.
Сообразив, что таким странным именем старуха обзывает Виолетту, я спросила:
– Как Никитина?
– Да просто.
