А вообще-то, как говорят, тут старых уже и не осталось почти никого, по пальцам одной руки пересчитать можно.
– А где мне Аню найти? В какой квартире она живет? – подхватилась я.
– Так в двадцать пятой, а Валя в тридцать третьей жила, – пояснила женщина.
– Вы не знаете, а она дома? – спросила я.
– Должна быть, если в магазин не ушла, – ответила она.
– По отчеству ее как? А то неудобно, она же в возрасте, наверное, – поинтересовалась я.
– А я знаю? – женщина пожала плечами. – Аня да Аня.
– Ну ладно. Я на месте разберусь, – пообещала я и почти побежала в подъезд.
Да, второй этаж – это вам не пятый, так что взлетела я мухой. Выехала я из офиса довольно рано, а это значило, что грязь уличная подмерзла и сапоги выглядели весьма прилично. С замиранием сердца я нажала на звонок – вчерашний день мне ничего существенного не дал, так, может, хоть сегодня повезет? Ну не может быть, чтобы подруга Валентины Дмитриевны не рассказала ничего существенного.
Дверь мне открыла пожилая женщина в халате и фартуке поверх него, с виду наивная, но, взглянув ей в глаза, я поняла, что она себе на уме и не так проста, как кажется. Я еще и слова не успела сказать, как в щель между ней и косяком двери ввинтилась вихрастая мальчишеская голова, и, как ни пыталась женщина затолкать ее назад в прихожую, у нее ничего не вышло.
– Здравствуйте! Простите, не знаю вашего отчества, – начала я.
– Ильинична я, – спокойно сообщила мне женщина, а мальчишеская голова радостно сообщила:
– Это моя бабушка.
– Артем, не мешай! – одернула она внука.
– Анна Ильинична, мне сказали, что вы были подругой Валентины Дмитриевны, – спросила я.
– Ближайшей подругой, – поправила меня она. – А в чем дело?
– В том, что ее сын Вадим пропал и я его ищу, – объяснила я.
Женщина непонимающе уставилась на меня:
– То есть как пропал?
– Очень просто, в пятницу вечером вышел из дома, и с тех пор его никто не видел, – сообщила я, уже поняв, что он здесь не скрывается.
К чести ее будет сказано, она не колебалась ни минуты, а, сделав приглашающий жест рукой, сказала:
– На кухню проходите. – И добавила: – Сапоги не снимайте – я сегодня еще полы не мыла.
«Надо же! – удивилась я. – Оказывается, есть хозяйки, которые каждый день полы моют! Им что, больше делать нечего?»
Сев возле стола, я аккуратно приступила к ненавязчивому допросу, да не тут-то было.
