— Понимаю. Вы не могли бы через день-другой позвонить мне в «Марк Хопкинс»?
— Хорошо. — Ребекка встала, давая понять, что аудиенция окончена."
"После его ухода она вернулась к письменному столу и, положив голову на руки, расплакалась. Тридцать лет спустя у нее хотят отнять дочь. Пробудить в девушке любопытство, опутать доселе не существовавшими узами, навязать родню, о которой она не подозревает. После всего, что они с Дэвидом для нее сделали!
Ближе к вечеру она переговорила с врачом, и тот заверил ее, что Дэвид выдержит испытание.
Но ей понадобилось целых два дня, чтобы набраться мужества и все ему рассказать. Закончив, Ребекка разрыдалась и выложила все свои страхи. Дэвид ласково погладил ее седые волосы и, держа ее в объятиях, в тысячный раз сказал о своей любви.
— Родная, никто не в силах разлучить нас с Меганой.
Его безмерно тронуло отчаяние жены. Когда Мегана была маленькой, Ребекку постоянно преследовал страх потерять ее. Мегана принадлежала им — и больше никому.
— А вдруг она захочет знать обстоятельства гибели своих родителей?
— Мы ей расскажем.
— Вдруг ее отношение к нам изменится?
— Ребекка, ты прекрасно знаешь, что это невозможно. С какой стати? Она нас любит, мы — ее отец и мать во всех смыслах. Но это не значит, что ей должны быть безразличны ее сестры. Если бы мне сказали, что у меня где-то в мире есть две сестры, я бы рвался их увидеть, но это не умалило бы моей любви к тебе и Мегане.
Ребекка продолжала терзаться страхом. Они проговорили далеко за полночь.
Ребекка настаивала на том, чтобы продолжать хранить тайну, а Дэвид считал, что их долг — просветить Мегану. Потребовался еще один день, чтобы принять решение.
После их звонка у Джона гора упала с плеч. Все это время он томился неизвестностью, но не хотел уезжать, не узнав результата, и уж подавно не хотел оказывать на них давления.
Ребекка пригласила его в их дом в Тибуроне, и они долго беседовали втроем. Ребекка так и не смогла успокоиться, зато Дэвид был настроен решительно и оказал Джону солидную поддержку.
Единственное, на чем они настаивали, это позволить им самим сказать Мегане — при личной встрече. Через две недели она приедет на каникулы. Они ей все скажут и сразу известят Джона, что он может увидеться с Меганой и назначить встречу сестер. Ему ничего не оставалось, как согласиться. Все козыри — в их руках, да и по-человечески ему хотелось максимально учесть их желания, ради них самих и ради Меганы.
