— Все какие-то тайны разводят, удивить хотят… — буркнул Николай, с «недовольством» которого были согласны и мы с Александром, и брат тут же удостоился насмешливого взгляда моего родителя. — Чую, ходить нам теперь в церковь каждый день…
Приветствие патриарха тоже не заняло много времени — мы по очереди припали к длани Святослава, получили благословление, причем меня он тоже потрепал по седым волосам, и глава Русской православной церкви удалился к машинам в обществе всех трех приехавших настоятелей.
Мы же последовали за царственными дедом и бабкой, которые делали вид, что не могут надышаться морским воздухом, и обменивались между собой соответствующими комментариями.
— Итак, дорогие мои, — остановился наконец дед Николай и в очередной раз глянул на Михеева, который утвердительно кивнул, — хочу сразу отметить, что времени на излитие друг другу родственных и прочих верноподданнических чувств у нас нет, это мы сделаем позже, а сейчас вы быстренько расскажете нам с государыней, что изменилось в Монако с момента последнего доклада.
Оперативную обстановку кратко обрисовал родитель, но, судя по его незначительным комментариям, касающимся в основном прилетевших сегодня Виндзоров и Гогенцоллернов, дед Николай был полностью в теме и подробные «сводки» получал ежедневно и не по разу.
— Есть еще пара моментов, государь, — заканчивал родитель, — но их следует обсудить отдельно.
— Хорошо, Саша, — кивнул дед, — по дороге обсудим.
Молодые люди, — он посмотрел на нас с братьями, — есть что добавить?
— Нет, государь, — помотали мы головами.
— Дорогая, у тебя есть вопросы?
— Есть, дорогой, — бабка важно кивнула и стала высматривать кого-то в наших задних рядах. — Ванечка Кузьмин, подойди, пожалуйста.
Елейные интонации, как я чуял, полностью соответствовали настроению бабки, так что я без напряга стал наблюдать за развитием ситуации.
— Ванечка, мне Маша с Варей все уши прожужжали насчет подаренной тебе машины.
Ты на ней в порт приехал?
— Да, государыня.
— Дорогой, — в голосе повернувшейся к деду бабки появились просящие нотки, — ты же не будешь против, если Ванечка отвезет нас с тобой в Монако на подарке внучек? А Сашу мы возьмем с собой, в машине с ним и поговорите…
— Почему бы и нет, дорогая, — хмыкнул дед. — Иван, ты же не будешь против?
— Государь, это честь для меня! — Кузьмин согнулся в глубоком поклоне.
