Камуфлет

Сами слыхали от Пряникова: господин средних лет и среднего возраста. И все. Даже мы с вами, ротмистр, подходим! Пожалуй, тут личное опознание не поможет.

— И в кофейне упустили…"

"— Не упустили, а дали погулять… Что ж, коллега, мы находимся на пороге больших событий… Пусть и не знаем, кто кашу варит. Но быть готовы должны ко всему. Строжайше предупредите филеров у мастерской Кортмана: не важно, кто приедет, пусть проследят, куда отвезут фигурку. Да, и позаботьтесь, чтобы мсье Жарко не уехал хотя бы дня два. Он может понадобиться.

Отведите его хоть к Звягинцеву, вдруг с нервическим доктором получиться. А мне пора…

— Может, с вами поехать? — обеспокоился Джуранский.

— Не стоит, у меня путь неблизкий, за город.

Августа 9 дня, два часа пополудни, +18 °C

В парке дачного поселка Озерки

Ездить за город летом — манера сугубо вредная. Нет там ничего хорошего. Деревьев и в городе достаточно, а воздуха и так полные крыши. Если уж отправляться на природу, то по крайней нужде. Скажем, спасти семейство от тюрьмы, а себя — от неминуемого заточения.

Смешно сказать, осталось меньше восьми из отведенных часов.

Между тем пролетка катилась размеренной рысью. Родион Георгиевич посматривал по сторонам, отмечая, как быстро каменные дома уступают улицы деревянным.

Доехали раньше срока. Полученную фору Ванзаров использовал, чтобы тщательно осмотреть место встречи. Кленовая аллея находилась поодаль дачных домиков. Еще не глушь, но место тихое, кругом кусты, небольшой лесок со всех сторон прижимает хоженую тропинку.

Шагах в тридцати дорожка резко сворачивает, идущего оттуда не увидеть — зелень заслоняет. Можно появиться внезапно. За деревьями просматривалась гладь озерка. Где-то слева остались железная дорога и дача, которую семейство Ванзаровых так счастливо сняло в мае.

Надо сыскать местечко, чтобы не быть застигнутым врасплох. Но надежного уголка не нашлось. Как не вставай к дереву, все равно окажешься уязвим. Лучшее укрытие — движение. Причем по траве, чтобы шорох битого кирпича, обильно покрывавшего аллею, выдал идущего.

Коллежский советник сошел с тропинки и, старясь не цеплять ветки кустов, мягко двинулся по зеленому пологу, не забывая оглядываться.

За поворотом раздался хруст быстрых шагов. Кто-то изрядно торопился и не думал скрываться.

Родион Георгиевич замер, прикрытый веткой смородины.

На излучину дорожки легла тень. Солнце, ушедшее с зенита, светило неизвестному путнику в спину. Серое пятно выдало невысокий рост. Наконец явился и он сам.