Картина с кляксой

– Твой одноклассник? – рассеянно спросил папа, намыливая щеки. – Что он натворил? Оценки в дневнике подделал? Или курил в туалете?

– Он, пап, отвлекал дядю Грея и Кузю… То есть немножко наоборот – дядю Кузю и Грея. Когда в музее подменяли картины.

– Алексей, – сказала мама, внимательно разглядывая в зеркале свои глаза, – ты бы переменил футболку. Иначе тетя Зина упадет в обморок.

– Подожди, мать, – сказал папа. – Тетя Зина никогда не упадет в обморок. – Он повернулся к Алешке. – Что ты там наплел про какого-то Виталика?

– Ничего я не плел! – рассердился Алешка.

 – Скажи, Дим! Этот Виталик, амбал такой, он охранник у профессора Воскресенского.

– Вознесенского, – поправил я. И мы в два голоса рассказали папе о том, что пронюхали у морского профессора.

Папа выслушал внимательно.

– Вот так, да? – призадумался.

И быстренько смыл с себя мыльную пену, взял мобильник. Мы навострили все свои ушки.

– Это Оболенский, – сказал папа. – Дайте мне майора Злобина. Здравствуйте, майор. Тут по делу о музейной краже появились новые обстоятельства.

Да, подозреваемый. Некий Виталий, проживает у профессора Вознесенского. По некоторым сведениям, именно он отвлек охрану музея. Необходимо проверить эти сведения. Допросите его не откладывая. Откуда информация? От детей. Чьи дети? – Папа усмехнулся и подмигнул нам. – Дети Шерлока Холмса.

Папа отключил мобильник и опять усмехнулся:

– Майор утверждает, что, по его сведениям, у Шерлока Холмса не было детей.

– Пусть утверждает, – сказала мама.

 – Нам пора. – Она взглянула на папу и добавила: – Тетя Зина точно упадет в обморок.

– Из-за Алешкиной дырявой футболки? – уточнил папа.

– Из-за того, что у полковника Оболенского только одна щека побрита!

– Теперь мода такая, – поспешил Алешка выручить папу, – у полковников Оболенских. У тебя тоже только один глаз накрашен.

Мы добрились, докрасились, сменили футболки и пошли в «самый лучший дом» на званый фруктовый ужин.

Тетя Зина встретила нас у калитки своей дачи.

Она была в длинном черном платье, у которого почти совсем не было спины. И на шее висело много всяких бус и ожерелий. Когда она, глянув на маму в джинсах, величаво поплыла к дому, все жестянки на ней зазвенели… даже не знаю как. Но звонко и мелодично. Алешке понравилось. Я по его распахнутым глазам угадал. Звуковая тетя.

– Ужинаем при свечах, – объявила тетя Зина. Было еще светло, и она задернула шторы. – Сережа, зажги свечи. Пусть будет романтично.