Картина с кляксой

Вернее, скалила зубы только Грета, а Грей держал в зубах блестящую пластиковую бутылку и был похож на пирата с кортиком в зубах.

– Эй! – заорал Виталик. – А как же я? Меня спасать надо! – Он уже погрузился по все нижние конечности.

– Кто тебе сказал? – удивился дядя Кузя. И повернулся к Славскому: – Как же от тебя грязью воняет! Иди мыться.

И мы пошли домой. По дороге Алешка со смешком прикладывал ладошки к ушам. А я беспокоился за Виталика – не утонул бы.

– Не утонет, – успокоил меня дядя Кузя. – Когда Леха до меня обратился, я справки навел.

Там неглубоко. Одно время на этом болоте клюква поселилась. Ну, местные там гать из хвороста настелили. Так что дно у трясины твердое. Коза, конечно, может утонуть.

– А козел не утонет, – с сожалением вздохнул Алешка.

– Куда идем, командир? – спросил его дядя Кузя.

– На место еще одного предстоящего задержания, – с важностью ответил Алешка. – К музею.

Возле музея было целое скопление: автобус с омоновцами, «уазик» с оперативниками, папина машина.

И еще – немного в стороне – два навороченных джипа и длиннющий «Кадиллак» с черными стеклами. Возле него стояли папа, генерал Иван Трофимович и чем-то знакомый толстый носатый дядька. Он был в наручниках, но улыбался. Пока я к нему приглядывался, Алешка радостно завопил:

– Здрасьте, дядя Вадим! – И я тоже его узнал: тот самый владелец острова, с которого стрелял в нашу лодку олух-охранник. – Смотрите, кого я к вам привел! – И он показывает на Славского.

Художник выглядел противно: грязен до пояса, шляпу потерял – лысина сияет.

И тоже в наручниках. Я даже не заметил, когда дядя Кузя его «окольцевал». А Корольков брезгливо отворачивается. Да, Славский уже не отмоется.

– А ваш Пищухин, – не унимается Алешка, – тонет в болоте. Его там лягушки кусают.

Папа – он еще в некотором остолбенении – взял себя в руки и посылает оперативника на помощь Виталику. Из толпы зрителей вылез дед Сороко:

– Начальник, это дело не простое. Я опыт имею – подмогну. Только за веревкой сбегаю.

– Вы его за шею цепляйте, – кровожадно советует Алешка.

– Все это хорошо, – весомо говорит папин начальник генерал Иван Трофимович. – Сработали ваши ребята профессионально. Однако где же похищенные картины?

– На допросе задержанные покажут, – подскакивает майор Злобин. – Никуда не денутся.

Генерал от него отворачивается, и наступает Алешкин звездный час.

– Щас принесу ваши картины, – скромно обещает он. – Я их разыскал и спрятал. С риском для жизни.