На мгновение замешкавшись, он прозевал тяжкий удар щитом в лицо и рухнул без чувств. Фундинул пытался отогнать от него врагов, яростно контратакуя, но его ударили под колено, и он тоже упал.
Побежденных Бертрана, Фундинула и Аркуэнона туго спеленали веревками, а освободившиеся пехотинцы пришли на помощь своим подуставшим товарищам. Углуку и Каспару стало совсем худо, кольцо вокруг них сужалось, враги попались на редкость умелые и крепкие.
— Остановитесь! — скомандовал толстяк, и его воины отошли. — Сдавайтесь, вам не выстоять!
— Нет уж, — ухмыльнулся Каспар.
— Это не в наших правилах!
— Как хотите, — покачал головой толстяк и махнул рукой, отправляя воинов в атаку.
Пот по лицу Каспара стекал в три ручья, шлем был потерян, и несколько касательных ударов рассекли кожу на голове до крови. Сил уже не осталось, и бывалый наемник дрался только на одной злости, ему было досадно, что они нарвались на противников, против которых ничего не могли сделать.
В какой-то момент ему показалось, что слева промелькнула быстрая тень, Каспар попытался закрыться, но понял, что не успевает.
Его ударили по голове — и все было кончено.
32"
"Очнулся Каспар оттого, что кто-то похлопал его по щеке. Он открыл глаза и обнаружил, что лежит на земле, связанный, а рядом стоит тот самый толстяк, что командовал напавшими на них копейщиками. Теперь он был без шлема, и его лоснящееся от пота лицо не выражало ничего, кроме любопытства.
— Живой, — констатировал толстяк. — Хорошо. Значит, ты и есть предводитель этой банды? Первый раз вижу такую пеструю компанию — люди, гном с орком, да еще и эльф.
Самый настоящий, а не полукровка из Синих лесов.
Неподалеку гневно фыркнул Аркуэнон. При всяком упоминании о родичах из Синих лесов выдержка изменяла эльфу.
Каспар молчал.
— Не хочешь отвечать? Ну ничего, еще разговоришься, палачи моего хозяина князя Збычека умеют развязывать языки — у них к этому делу большие способности.
Толстяк засмеялся.
Каспар отвернулся, и толстяк настаивать не стал, он отошел и о чем-то заговорил со своими солдатами.
Неподалеку возился с ранеными лекарь, полотенце в его руках было в темных пятнах крови.
— Это он запугать нас хотел, ваша милость, — сказал гном; он лежал неподалеку — без шлема, борода спуталась и выглядела жалко.
Каспар вздохнул; в голове гудело, раны и ушибы, не замеченные в горячке боя, теперь давали о себе знать.
— Похоже на то, — сказал он, потом с трудом перевернулся на бок, сел и огляделся.
