Катя

Я сделал все, что мог: она защитилась. И вот результат, зачем ей старый муж? С дочкой видеться не разрешает. Вот так и живу.

— Сын не простил за мать. Ему же не объяснишь, что не любил я Татьяну никогда. Она ему мать, и она в его глазах святая. Я пытался, я рассказал, как и что было. И он перестал со мной общаться совсем. Вот так, Катюша, я получил по заслугам. И все потому, что тебя не смог понять когда-то, и принять такой, какая ты была, что детей имел не с теми женщинами. Ты ушла тогда, и вся моя жизнь кувырком пошла и все по наклонной.

Я ведь и не любил никого кроме тебя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Глеб, я, может, банальность скажу, но дети — они твои дети. И надо не прекращать попыток. Они должны знать отца, и любят они тебя, просто за то, что ты есть.

— Конечно, Катя. Я буду. О себе расскажи.

— А что о себе? Сын в лаборатории в Гарварде, Люба тут, внуки, у меня их четверо. Младшему почти три года. Ими и живу. На лето к сыну улетаю.

Так же отделом заведую. Хочешь узнать, одна ли я? Нет, не одна. У меня есть мужчина. Настоящий полковник. Так что у меня все хорошо.

— А почему глаза грустные? Катя, вот если бы ты могла все изменить, что бы ты сделала?

— Нашла бы лекарство от старости и смерти. Ты понимаешь, о чем я и о ком… Наладь отношения с детьми, Глеб, и ты будешь счастлив. Извини, пора мне.

Я спустилась в метро и все думала: а правда, как жаль, что нет лекарства от старости и смерти, мне всего-то надо было его только для одного человека…

Как быстро идет время! И куда идет?! И зачем?! Кажется, что каждый предыдущий день — точная копия каждого последующего, и вроде даже не замечаешь, как один день сменяет другой… Разве что дети растут.

И как быстро растут! Младший мой внук только-только родился, а ему уже семь. В школу его проводили, ученик уже. А Валера с Сереженькой институт заканчивают. Хорошие парни. Вот кем гордиться надо!

Да, дети растут и взрослеют, а я? А я старею. Вон уже не паутинка морщинок на лицо легла, а паутинища.

И глаза потухли, совсем почти потухли. А когда-то Александр Валерьевич говорил, что в моих глазах живут черти, и он был прав, жили, пока он был со мной. А теперь…

Я подошла к зеркалу. Я ведь была хорошенькая, теперь же просто старая. А старость кого красит? Да никого…

Так задумалась, что не заметила, как в мой кабинет вошел Валерка. Аж подпрыгнула, услышав его голос.

— Ба, что ты у зеркала? Случилось что?

— Просто смотрю, как постарела.