Но, так как ты здесь, особого выбора у тебя нет. И, по-моему, этот вариант для тебя – самый лучший. К тому же я могу тебе помочь».
«Помочь? Я разве сказала, что мне нужна помощь?!»
«Знаешь, если бы мы не притащили тебя сюда и не вылечили, то ты загнулась бы от своей болезни где-нибудь в сточной канаве, а возможно, в камере пыток! Здесь никто не будет защищать твои права! Так что прояви-ка хоть немного уважения».
Это подействовало. Несмотря на то что голос внутри головы Катрин был её собственным, девочка осела, превратившись в маленького запуганного ребёнка.
Она вдруг осознала, что совершенно одна, находится неизвестно где и при этом не имеет достаточного заряда энергии, чтобы оказать сопротивление.
«Прости. Я… Я не хотел. Ты не виновата, что так всё вышло, тебя использовали».
«Что?» – неуверенно, насколько это возможно сделать мысленно, спросила Катрин.
Старик предложил девочке покинуть её неофициальную темницу, и Катрин охотно согласилась. Сам он пошёл вперёд, повернувшись к ней спиной и совершенно не опасаясь внезапного нападения или других нежелательных действий со стороны гостьи.
Сразу за дверью располагался большой зал, освещённый газовыми лампами, люстрами и даже старинными канделябрами. Стены здесь заменяли книжные полки, выросшие из пола и подпирающие невысокий потолок. Массивные столы скрадывали бо́льшую часть помещения и, кажется, не сдвигались со своих мест долгие годы. За столами в одиночестве сидели мужчины разных возрастов, молча пили чай и с задумчивым видом листали страницы.
«С окнами здесь явно беда», – подумала Катрин, и Бэвэ мгновенно ответил:
«Окна – шпионские порталы. Ты можешь даже не знать о том, что за тобой день и ночь наблюдают».
Катрин вдруг вспомнила окно в комнате Веры, через которое было видно то, что творится на улице в совершенно другой точке мира. От мысли, что за любым человеком могут постоянно следить, её передернуло. В самом конце зала ведьма заметила одинокую массивную дверь – единственную, через которую можно было сбежать.
Но где гарантия того, что она ведёт на улицу, а не в очередную комнату?
«Мы ведь действительно хотим помочь тебе, потому что знаем, в какой сложной ситуации ты оказалась», – произнёс Бэвэ, усаживаясь за свободный стол в углу, напротив двери.
На каждом столе стояло по несколько глиняных пиал и по пузатому керамическому чайничку, из носика которого поднимался пар. Катрин села напротив Бэвэ, продолжая озираться по сторонам.
