Каждый час ранит, последний убивает

Снова пустился в путь, объехал «БМВ» и спустя три минуты прибыл на свой хутор. Он сразу направился в конюшню и оседлал Гайю. Схватил поводья и повел лошадь к машине.

– Тебе придется мне помочь, старушка, – прошептал он.

Пока он устраивал тело Тайри в седле, Софокл подошел к своему хозяину. Он не выказал никакой радости, не вилял хвостом.

А когда Габриэль снова взял поводья Гайи, собака последовала за ними. Они поднялись по тропе, идущей вдоль пустых пастбищ и ржавой колючей проволоки. Затем вошли в лес, когда солнце скрылось за тяжелыми грозовыми облаками.

До поляны с могилой они добрались за полчаса.

Габриэль положил Тайри возле вырытой им раньше могилы. Распахнул края одеяла, долго смотрел на нее, стоя на коленях на мокрой земле.

Даже обезображенная, она была красивой.

Он прикоснулся к ее лицу, закрыл веки.

Габриэль стоял рядом с телом девушки на коленях больше часа, он тихо плакал, тихо плакало небо.

Прежде чем накрыть Тайри простыней и опустить на дно ямы, он вложил ей в руку розу.

Его возлюбленная незнакомка скрылась в черной земле.

Габриэль ничего не сказал. Потому что никакие слова не могли выразить того, что он чувствовал.

Габриэль не заготовил креста. Потому что Бога не существовало.

Существовали лишь подонки, убийцы и Спящие красавицы.

Изри понимал, что сильно рискует. Но ничего не мог с собой поделать.

Он проехал через Пон-де-Монвер и направился к Коль-дю-Сапе. Он хотел увидеть Василу, которая по-прежнему не брала трубку. Может, просто телефон не работал.

Доехав до фермы Василы, он притормозил, но не остановился. Хотел увериться в отсутствии полицейской засады. Убедившись, что окрестности пустынны, он вернулся к ферме по грунтовой дороге, на которой всегда было мало машин. Припарковался за бабушкиным домом, оставил пистолет в бардачке.

Обойдя дом, он резко остановился. С дороги ему не было видно, но перед домом стояла машина, и человек в рабочем комбинезоне выносил из небольшой пристройки разные вещи.

Незнакомец уже направлялся к нему.

– Я… я пришел повидать Василу, – просто ответил Изри.

Мужчина, казалось, был очень смущен.

– А вы кто? – спросил Изри.

– Пьер Жак, – сказал он, протягивая сильную мозолистую руку. – Хозяин дома, в котором жила ваша бабушка.

– «Жила»? – повторил Изри.