КГБ в смокинге. Книга 1

Природа этого ощущения была мне совершенно неведома, пока страшная мысль не обожгла сознание: «А может, я стала такой же, как все они?»

— Боюсь, Валентина Васильевна, наша дальнейшая беседа теряет смысл, — Тополев выдал эту фразу печально и буднично. Так отчим реагирует на плохие оценки пасынка. — Как я уже говорил, вы не отдаете себе отчета в последствиях собственного поведения.

— Да верну я эти несчастные триста долларов!

— Я ценю ваше чувство юмора, Валентина Васильевна. Но все же давайте завершим наш разговор без дурачеств.

— Боже упаси! — это восклицание вырвалось у меня совершенно непроизвольно.

— И тем не менее. Это нужно прежде всего вам. Итак, по ходу вашей командировки в Аргентину вы вступили в контакт с самыми разными людьми, в том числе с одним из руководителей ЦРУ, который прибыл в Буэнос-Айрес специально ради вас…

— Не передергивайте: он примчался потому, что ваши люди пристрелили там несколько американцев.

— Ну хорошо: он прибыл туда по делу, к которому вы имели прямое касательство. Далее. Вы выполнили наше задание и согласились на перевербовку. Она, по вашим словам, прошла успешно, и вот результат — вы в Москве. Как по-вашему, имеем мы право задавать вопросы?

— Имеете, — я благосклонно кивнула.

— Вправе мы рассчитывать на вашу искренность?

— В таком случае мне непонятна ваша позиция: если вам нечего скрывать, почему вы уклоняетесь от ответов?

— Я отвечаю на все ваши вопросы!

— Меня не удовлетворяют ваши ответы.

— В чем, по-вашему, я была неискренна?

— Я уже говорил вам: нас интересует Мишин.

— Да поймите же: все, что мне известно, я сказала!

— Валентина Васильевна, — голос Матвея стал мягким и теплым, как шотландский плед. — Пока мы еще не знаем всех деталей, но главное очевидно: по каким-то непонятным причинам Мишин затеял собственную игру, от контактов уклоняется, на связь не выходит… Это очень опасно.

— Для всех. И для вас в том числе.

— Мишин был опасен уже там, в Буэнос-Айресе. Один раз он чуть не убил меня. Поверьте, Тополев, я ненавижу этого человека, у меня с ним нет и не может быть ничего общего. Это правда, почему вы не верите мне?

— Потому что вы лжете, Мальцева.