КГБ в смокинге. Книга 1

Дело в том, что за годы работы там, — Тополев повел подбородком куда-то в сторону окна, — Мишин обзавелся собственными людьми, что категорически запрещено. Одним словом, у него есть шанс скрываться довольно долго. Но это — патовая ситуация. Чтобы жить спокойно, ему необходимо иметь нашу резолюцию на своем заявлении об уходе.

— Он действительно верит в такую резолюцию?

— Когда человек приперт к стене, у него остается одно — надежда, что хоть какая-та лазейка существует. В конце концов это логично. Так вот, дабы подстраховать себя, он предложил нам встречу в Амстердаме и выдвинул условие: с нашей стороны переговоры должны вести вы, Мальцева.

— Иначе стал бы я терпеть ваши подначки!

— А почему Мишин решил, что в таком варианте ему гарантирована безопасность?

— Я в который раз напоминаю вам, Мальцева: он — профессионал высокого класса. Мишин был завязан в аргентинской операции, проваленной, кстати, по его и вашей милости. Думаю, кроме того, что по личным каналам он пронюхал кое-что о вашей работе с американцами в Буэнос-Айресе.

Следовательно, у него есть повод предполагать, что вы нам нужны не только в данный момент, но и в обозримом будущем. А теперь смотрите, Мальцева: он встречается с вами далеко от Москвы, в Амстердаме, в таком глухом или, наоборот, таком многолюдном месте, где полностью исключается возможность засады, и передает через вас свои условия. О больших гарантиях в его ситуации и мечтать нельзя.

— А если он возьмет меня в заложники?

— Он может убить меня. Я видела его в деле — это зверь.

— Он ничего вам не сделает, Мальцева. Кроме того, в делегации молодых журналистов — шесть человек, не считая вас. Я не могу ручаться, что они отличат очерк от репортажа, но свое дело они знают хорошо. Во всяком случае, достаточно, чтобы защитить женщину, представляющую на переговорах с потенциальным изменником Родины Комитет госбезопасности.

— Вы намерены взять его?

— Нет, мы хотим вручить ему премию за тринадцать лет безупречной службы.

— И не можете сделать это без меня?

— Но риск все-таки есть?

— Вы пробовали когда-нибудь хоть пять минут не задавать бессмысленные вопросы?

— Как по-вашему, Тополев, я похожа на сумасшедшую?

— Сегодня меньше, чем при первом нашем знакомстве.

— С чего же вы вообразили, что я соглашусь участвовать в этой авантюре?

— А у вас нет выбора, Валентина Васильевна. Как, впрочем, не было и тогда, перед поездкой в Буэнос-Айрес. Я честно ответил на ваши вопросы, и теперь вам остается только упаковать вещи.