Хагалаз. Восхождение (СИ)

— Дурнушке? Тебе хватает смелости отзываться так о чистокровной принцессе Эндагона, не говоря уже о том, что ты зовёшь её по имени? Знаешь, что за что такое бывает?

Женщина поймала себя на мысли, что у Хизер для человека слишком пронзительный взгляд. Он так унижал и подавлял, что Мисора невольно ощутила свою слабость. Всего на мгновение женщине подумалось, что Хизер ненавидит всю семью узурпатора. Кто бы мог представить, что она вступится за его жену? А острое словцо уже слетело с языка. Не понаслышке Мисора знала, какими неприятными могут быть дворяне, и уже жалела о собственной глупости.

В отличие от Лонгрена, Хизер явно не поощряла смелость.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, я повторила слова покойного. Моя дерзость неприемлема, я раскаиваюсь и приношу извинения. — Женщина выдержала паузу, следя за реакцией Хизер, но на лице той не отобразилось и намёка на смягчение. — Надеюсь, вы не сочтёте за дурной тон просить вас о милости… мне бы хотелось отсюда уйти. Я женщина без роду и племени, вряд ли буду полезна.

Если вам угодно оставить меня при дворе, я останусь и буду вашей верной прислужницей, но если нет…

Хизер усмехнулась, и Мисора замерла на полуслове. Тревога медленно заполняла каждую клеточку тела. Во что бы то ни стало, из дворца нужно выбираться, ведь если предчувствие не врало, то теперь…

— Это воистину невыносимо. Изменник государства упал мне в ноги, надеясь вымолить прощение за помощь, наложница цареубийцы предполагает, что я разрешу ей уйти или прислуживать.

Что дальше? Принцесса Наоми поклянётся мне в верности? От вашей тупости и лицемеря меня уже тошнит…

Хизер направилась к выходу. Мисора, не на шутку перепуганная её тоном, рванула вперёд и едва сдержалась от того, чтобы не схватить за платье.

— Что со мной будет?

— Останешься здесь, пока не решишь говорить на чистоту.

— Но я сказала правду!

Хизер шагнула в коридор, и дверь камеры захлопнулась. Мисора заколотила в неё ладонями.

— Я ни в чём не виновата, клянусь! Ваше Высочество! Я всего лишь жертва обстоятельств! Прошу, не оставляйте меня здесь! Я сказала правду, пожалуйста! Я отвечу на все ваши вопросы! Умоляю!

Тем временем стражники отпирали последний засов.

Наоми, в отличие от двух предыдущих арестантов, гордо стояла на ногах, и как будто ждала появления Хизер. До неё наверняка долетали вопли советника и наложницы, впрочем, страха на её бледном, опухшем от слёз лице не читалось. На нём застыла ненавидящая маска мученицы.