Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Я отказала тебе, не кинулась в твои жаркие объятия, не клюнула на твою смазливую физиономию и вот…

— Что вот? — практически смеясь, уточняет он.

— Тебя повело… У тебя этот… как его, — мысли мои путаются. — Гештальт! У тебя гештальт открылся: как это так, кто-то отказал тебе.

— Вера, какой гештальт?! — уже вовсю потешается надо мной Чернов.

— А вот такой. Инстинкт охотника!

— Оооооо, да мы по ходу пьяны, — подмечает он очевидное.

— Неееет, — категорично отрицаю я. — Это лишь желание получить добычу!

— Дурочка, — в голос начинает хохотать он.

И с силой притягивает меня к себе, так что я утыкаюсь носом в его грудную клетку. Мне нравится сидеть вот так… Рядом со Стасом мне тепло и надёжно, и пахнет от него приятно. О, этот запах, терпкий, мускусный…с оттенками хвои и цитруса. Только как жаль, что это всё временно. Ведь рано или поздно я приемся ему, эффект новизны пропадёт… останется лишь жгучий стыд за такую неправильную меня.

От этих мыслей мне становится грустно и тягостно. И мой одурманенный мозг требует срочно решить эту проблему, как-то заткнуть все страхи и сомнения. Отрываюсь от Стаса и, слегка пошатываясь, встаю на ноги. Он продолжает сидеть на полу, со смехом в глазах поглядывая на меня. Я протягиваю ему руку:

— Куда? — наигранно морщится он.

— Гештальт твой закрыть! — торжественно заявляю я.

Стас опять ржёт как конь, но руку протягивает и поднимается вслед за мной.

В его комнате приятный полумрак от светильника, висящего над самой кроватью. Остатки разума шепчут мне, чтобы я остановилась, но жажда приключений вперемешку с немецким пивом кричат совершенно о противоположном.

Мы стоим посреди его комнаты, и я растерянно гляжу на Чернова, моя уверенность в своей правоте выветрилась ещё по пути сюда, стоило нам лишь пересечь порог его спальни.

Стас проводит пальцами по моей щеке, заправляя выбившиеся пряди волос за ухо.

— Ну? — тихо с вызовом подначивает он меня.

А во мне в принципе всё бурлит — чувства, эмоции, мысли… всё подряд. Перемешалось и переплелось, и я уже не в состояние понять хоть что либо. Поэтому остаётся только действовать.

Делаю шаг навстречу Чернову и буквально повисаю на нём, обхватив руками его шею. Он ухмыляется куда-то мне в ухо, нежно проводя носом по моему виску.

— Говорю же, дурочка, — шепчет он мне на ухо, отчего мне окончательно сносит крышу.