Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Наше пребывание в родительском доме подходило к концу, все дела были переделаны, родственники уважены, а отцовский день рождения был отмечен по высшему классу — шумно и весело, теперь было время отчаливать восвояси. Рома ранним утром уже улетел в Питер, а наш самолёт с Дамиром ждал нас через несколько часов. И всё было спокойно. Впервые я улетал из дому в томительном ожидании чего-то очень важного, что подхлёстывало меня поскорее вернуться в Москву. И не последнюю роль в этом всём сыграл наш телефонный разговор с Верой.

А тут мама. Настороженная и обеспокоенная. Кладу свои руки ей на плечи.

— Ма, ну ты чего? Всё путём.

— Боюсь представить каким, — с упрёком смотрит она на меня. — Кто вас знает, что вы там творите, ведь не рассказываете ничего.

— Мы просто бережём твои нервы, — беззаботно поясничаю я.

— Я о том же, — излишне серьёзно воспринимает она мои слова. — Значит, я не ошиблась. У тебя случилось что-то…

Мать даже не спрашивает, она уже что-то там для себя решила.

— Маааам, — закатываю я глаза.

— Вот это ты мне и скажи… — настаивает она, а я молчу, пытаясь сообразить, откуда вообще растут корни всех её вопросов. Отпускаю её плечи и развожу руками. Ну, правда, не понимаю я. — Вы просто все эти дни что-то бурно там обсуждаете за моей спиной.

— Чувствуешь вселенский заговор?

— Стас! — одёргивает меня мама. — Не издевайся.

— Даже не думал, — отвечаю достаточно спокойно, хотя внутренне уже начал заводиться. Она права, за эти дни каждый посчитал своим долгом провести со мной лекцию на тему, как надо и как не надо.

А меня всё удивляло, как это мама умудрялась оставаться в стороне, а вот гляди, и она не утерпела. Но если Дама или Рому можно было просто послать, то с мамкой так не поступишь. Придётся терпеть и сдерживаться.

Мама опять вздыхает от моего упрямого молчания.

— Сын, я же не слепая, я всё вижу.

Она как всегда видит меня насквозь.

-А если нет правильного решения? — не выдерживаю я. — Если любой из вариантов причинит кому-то боль?

Я вижу, что ей очень хочется начать задавать мне вопросы, но каким-то неведомым мне образом, мама одёргивает себя. Она всегда умела понимать грань, где стоит давить на нас, а где отпустить.