Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

— Или дело не только в этом? — всё никак не желает отступать от своего он.

Стас продолжает набирать мой номер, а я так и не отвечаю, нажимая сброс и переворачивая экраном вниз.

— Это нормально, — миролюбиво замечает он. И теперь я непонимающе смотрю на него. — Это нормально, в отношениях всё непросто.

-Мне кажется, что мы с… вашим сыном всё время спотыкаемся на чём-то не том, — неожиданно для самой себя жалуюсь я.

Слегка поёрзала на месте, поняв, что ноги стали неприятно затекать. Пришлось поменять позу, прижимая колени к себе.

Так было не только удобно, но и как-то спокойней, так если бы у меня появилась защита от пронзительного взгляда карих глаз.

— Стас — тяжёлый человек, — согласно кивает головой Александр. А мне вот почему-то становится обидно… за Стаса.

— Я бы не сказала. Он наоборот лёгкий, его все любят… И вообще он…

Тут я стопорюсь, не понимая, что ещё можно добавить.

— Хороший? — подсказывает мне его родитель.

— Да, хороший. Это я скорее строптивая. Но…

— Но иногда его так хочется убить за это, неправда ли? — заканчивает он мою мысль.

 — Вера, понимаешь, мой сын действительно неплохой человек, по крайней мере, мне как отцу хотелось бы так думать. Ему от природы дано многое, и он привык, что люди видят и клюют на это. Но далеко не всегда за внешним они видят его такого, каким Стас сам себя чувствует… А там столько всего намешено. Мы с моей женой совсем не облегчили его путь, хотя и пытались дать ему всё что могли. Но мы сами были молоды и неопытны, поэтому ему пришлось прожить вместе с нами все наши взлёты и падения, и в этом смысле, ему пришлось пройти гораздо через большее, чем любому из наших детей. Он ведь старший, вот и считает себя в ответе за всё, что происходило у нас под крышей. Он умудряется чувствовать свою ответственность за то, что его вообще не касается, и оставаться ребёнком там, где пора бы уже становится взрослым. Но он искренен в своих порывах. Впрочем, в пределе он боится лишь одного…

Чернов-старший берёт длительную паузу в своей пылкой речи, а я даже дыхание задержала, поражённая его откровениями.

— Чего? — еле слышно спрашиваю я.

— Что его любовь окажется не взаимной, — тут я хмурюсь, что не скрывается от человека напротив меня. — Вера, мы все этого боимся.

— Но я не знаю, как ему ещё это доказать…

— А вы и не должны чего-либо доказывать.

— Стас всё время обвиняет меня в том, что я ему не доверяю. Но из ваших слов, следует то, что это он мне не доверяет.

Если честно, такое открытие меня совсем не радует.