Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Да и ты… Смею предположить, что твоя прямота и умение говорить всё в лоб, покорили его, потому что с тобой особо не поиграешь. Впервые в жизни ему нет необходимости быть правильным… Он мне за эти дни создал больше проблем, чем за предыдущие пять лет. И если ты к этому хоть как-то приложила руку, то прими мою благодарность…

Спать мы разошлись достаточно поздно, так и не придя не к чему конкретному. Мне было не по себе от нашего разговора. И чуточку проще от того, что мой мужчина всё же оказался простым человеком, а не идеальным принцем.

Но на его звонок я всё равно отвечать не стала, отправив краткое: «Я жива. Можешь выдохнуть». И тут я поняла, что хочу видеть самого Стаса, а не его речи. Ведь по сути мы оба знали, как надо себя вести — быть терпеливыми и понимающими, разговаривать, стараться идти на компромисс. Но в пределе всё было сложнее. Потому что правила не работают просто так с ходу. Их ещё нужно испытать на себе.

На следующее утро встала раньше обычного. Даже Боня обалдел от того, что это я его первая разбудила, а не наоборот.

Выгуляв собаку, отправилась на кухни делать страшную вещь… готовить завтрак. У меня же, блин, гости!

Поэтому когда Александр Дмитриевич появился на кухне, я разрывалась от тех социальных противоречий, что бушевали в моей голове. С одной стороны, я честно пыталась быть взрослой, изображая из себя ответственную и порядочную хозяйку. А с другой стороны, моих стараний хватило ровно на то, чтобы испортив омлет, я психанула на этот мир и умотала на улицу, уничтожать следы своего кулинарного преступления.

Ну ладно. На улицу я ушла курить, ещё и спряталась за гаражи, чтобы меня никто не увидел из окна ненароком. Вот перед парнями стыдно не было, а перед их отцом… Наверное, глубоко во мне до сих пор сидел комплекс плохой дочери. А потом я ушла в магазин на поиски жевательной резинки, в результате чего наш завтрак принял обличие шаурмы из турецкой кафешки, расположенной недалеко от нашего дома.

Если отец благородного семейства чему-то и удивился, то виду не показал, с превеликим удовольствием на лице умяв предложенный ему «изыск».

И тут я задумалась о том, что, наверное, известные адвокаты не так часто опускаются до обычной человеческой шаурмы.

— Вера, я не такой уж сноб, — смеётся он, легко считывая все мысли с моего лица.

— Всякое бывает, — пожимаю плечами, а сама прикидываю, насколько будет прилично, если я просто сбегу в университет.

— Александр Дмитриевич…

— Просто Александр. Впрочем, можно и Саша.