Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

 — Сам же знаешь, какой напористой она бывает. Ей нужно быть везде и всегда, да ещё так, чтобы всё крутилось в соответствии с её желаниями. Иногда это давит неимоверно.

— Вот и скажи ей об этом. А не делай вид, что у вас всё идеально.

— И с Верой поговори, — не унимается Дам.

— Ты уж определись, с кем мне разговаривать.

— С обоими, но желательно на разные темы, — философски замечает брат. Мы ещё какое-то время обмениваемся многозначительными взглядами, после чего Бероев всё же сворачивает начатый им разговор и загадочно обещает.

 — Вот накроет тебя окончательно, тогда и поговорим.

Мне остаётся только фыркнуть и наконец-то пойти спать.

Это было очень странно, находиться в квартире Стаса без самого Стаса. В первую ночь, когда он только ушёл, громко хлопнув дверью, я долго бродила по квартире, пытаясь понять и впитать её атмосферу.

Всего здесь было три комнаты. Одна из них была проходной и исполняла роль гостиной, и две спальни. В общей комнате стоял диван и пара кресел, на стене напротив висела огромная плазма с присоединенной к ней приставкой.

Так же у одной из стен расположился стеллаж с широкими полками, заполненных различными мелочами. Чего здесь только не было! Различные книги, художественные и не очень, какие-то справочники, атласы энциклопедии, десятки сувениров, начиная от Эйфеловой башни, заканчивая какими-то миниатюрными слониками, кубки, медали, ракушки, коллекционные машинки, футбольный мяч… Но больше всего моё внимание привлекли фотографии, которых здесь было штук пятнадцать. На некоторых из них мне удавалось найти Стаса или Дамира. На одной фотографии юный Стас в футбольной форме стоял в компании таких же мальчиков-футболистов. Я даже не удивилась. Занятие футболом очень подходило его образу, готова поспорить, что он был нападающим, а может быть и вообще капитаном. Одним словом звездой.

На другой фотографии ему было лет двенадцать и он стоял с таким же мелким Дамиром, оба гримасничали на камеру и больше походили на двух чертят, чем на двух респектабельных парней, которыми я их знала.

На других фотографиях они были либо с друзьями, либо в окружении толпы каких-то детей.

На самом видном месте стояла фотография Стаса с какой-то молодой женщиной, она прижималась к его плечу, а он целовал её в висок. Это было так нежно, что внутри меня зашевелилось что-то острое и далеко не самое приятное. Долго всматривалась в снимок, пока до меня не дошло, что на фотографии был совсем не Стас, потому что мужчина со снимка был значительно старше Чернова.