Хозяйка драконьего замка

Я лежала на земле уставившись в вечернее небо, полное невыразимой красоты, а после надо мной всплыло обеспокоенное лицо недавнего блондина. Кажется он закрыл меня собой от взрыва.

— Лежи, — сказал он одними губами. — Закрой глаза.

Послушно прикрыв глаза, сквозь ресницы наблюдала, как тот скачком поднялся обратно, принимая боевую стойку.

— Ты нарушаешь правила, Раш, нам это не нравится. Я понимаю твою боль…

— Никто не понимает мою боль! — зарычал император. — Даже он не понимает!

Он как-то неясно крутанул рукой и на нас понеслась волна нового пламени.

Приподнявшись, я увидела неподалеку Дареша и еще одного драконира. Судя по регалиям на плаще, тоже генерала. Оба с напряженными лицами наблюдали за нами, но не вмешивались.

Остальные высокорожденные дураками не были и поспешно удалялись от эпицентра конфликта. И, если глаза меня не обманывали, в спортивной ходьбе по пересеченной местности лидировали нетренированные храмовники.

— Защищаешь эту лживую кошку, — выплюнул император. — Не проходила она лабиринт, спряталась у входа, а потом выбралась обратно.

В его руке горело пламя, а мой блондин, похоже, был слабее, все-таки генералу не выстоять против императора.

Пошатываясь, встала. Уж не знаю, почему этот странный генерал взялся меня защищать, но как бы его тут не убили. Под перекрестным огнем ненавидящих взглядов подошла вплотную к своему защитнику, а после для надежности и загородила его.

— Я видела пророчество. Если убьешь меня, никогда не узнаешь.

Генералы переглянулись, Дареш зашагал было ко мне, но я выставила перед собой ладонь.

— Возможно, я поторопился с выводами, говори, вейра Бельх, — глаза императора мрачно блеснули, но когти втянулись, а голос сделался вкрадчивым и мягким.

Наверное, решил, что я то ли идиотка, то ли размякла от пережитого стресса, и нужно брать меня тепленькой. Игра в доброго полицейского, один из самых действенных способов на психику оппонента, вот только я сама в нее играла.

Нужно было решаться. Сейчас или уже никогда.

— Просто так не скажу, — ответила твердо.

Нервная дрожь прошла по телу. Если сдамся сейчас, то потеряю свое единственное, с трудом полученное преимущество.

Несколько секунд стояла оглушительная тишина, в которой, казалось, даже сверчки онемели от ужаса, а солнце покатилось на запад быстрее.