Хозяйка Мельцер-хауса

– Ничего не имею против ваших тканей, – сказала неутомимая Гертруда. – Но в такую погоду, как сейчас, этот материальчик наверняка тут же расползется, разве не так? Да разве может он сравниться с хорошей шерстью и хлопком?

– Ах ты боже мой! – воскликнула Китти, указывая на окно. – Похоже, мы собираемся выехать за границу!

Эрнст фон Клипштайн позвал на помощь гостиничных коридорных, чтобы те принесли набитые вещами дорожные чемоданы. Соседнюю комнату предоставили дамам для переодевания, а Иоганн Мельцер сменил только обувь и носки, уверяя, что влажные штанины высохнут и так.

– Уже чувствуешь себя намного лучше, – произнесла Элизабет, когда они, наконец переодевшись в сухие вещи, снова сели за стол. – Господин Винклер вчера рассказывал, что в детском приюте уже четверо заболели гриппом – ничего удивительного в такую холодную и сырую осеннюю пору.

Некоторое время они беседовали о печальном положении сирот, хвалили работу господина Винклера, а под конец Гертруда спросила, правда ли, что Элизабет хочет выучиться на учительницу.

– Конечно. Я хотела бы зарабатывать свои собственные деньги и никому не быть в тягость.

Это смелое заявление было воспринято по-разному. Алисия только вздохнула, Иоганн Мельцер с остервенением кусал свой бутерброд с джемом, а Гертруда Бройер закатила глаза. Китти и Мари, наоборот, считали, что Элизабет совершенно права. Времена, когда женщина из хорошей семьи сидела дома и вышивала носовые платочки, давно прошли.

– Точно так же, как мода на длинные юбки и косы! – воинственно воскликнула Китти, поднимая кофейную чашку. – Я художник и собираюсь продавать свои картины. А почему бы и нет? Если другие продают!

– Боже мой, – застонала Гертруда. – Ты и вправду думаешь, что кто-то может еще платить тебе за это деньги? Что вы на это скажете, господин лейтенант? Вам было бы приятно, если бы ваша жена зарабатывала деньги, как работница?

Эрнст фон Клипштайн оказался в затруднительном положении, потому что ему ужасно не хотелось портить отношения с кем-нибудь из дам.

– Пока я не собираюсь вступать в брак, поэтому мало что могу сказать по этому поводу, милая госпожа…

– Ха-ха, да вы просто трус! Моя Тилли, во всяком случае, не пойдет в работницы и секретарши.

Тилли до сих пор слушала молча, но теперь она осмелилась сделать попытку небольшого наступления:

– Я уже думала о том, как немного поправить наш бюджет, мама.