Хозяйка Мельцер-хауса

– Есть еще одна возможность это сделать – демонтировать некоторые машины, – добавил он. – По сути, от других подобных их отличают лишь незначительные улучшения. Однако улучшения эти настолько гениальные, что эффект от их внедрения колоссальный.

Мари протянула ему письмо и, пожав плечами, заметила, что не понимает, почему он так расстроился. Если господа американцы хотели купить патенты, то, к сожалению, им не повезло. За отсутствием товара сделка не может состояться. Все. Точка.

Мельцер на мгновение пристально посмотрел на ее лицо.

Он был разочарован тем, что Мари осталась спокойна. Разве она не заметила коварство этих надменных типов? В Германии ситуация с экономикой была сложной… Естественно, американцы понимали, что, находясь в затруднительном положении, люди вынуждены хвататься за любую соломинку. Это была подлейшая попытка шантажа.

– Давай не будем больше об этом, папа! Забудь. У меня есть новости получше.

Она вынула из кармана жакета письмо от торговца колониальными товарами Лебена и передала его Иоганну.

Алисия была права – выражение его лица сразу смягчилось, вся ярость и вся ненависть по отношению к этому злобному миру тут же исчезли. Как сильно, должно быть, он беспокоился о Пауле.

– Это письмо позволяет надеяться на лучшее, – наконец произнес он.

Больше ничего не добавив, он воткнул пробку в бутылку со сливовицей и поставил ее на место, в шкаф, – в ее помощи он больше не нуждался.

Мари направилась в бюро Пауля, где она успела устроить свое рабочее место. У нее было несколько новых идей по использованию бумажных тканей, но пока они не оформились в ее голове до конца, она держала их в секрете от свекра.

А еще она получила письмо от одного изобретателя из Розенгейма, вернувшегося с войны, – тот якобы знал, как из глицерина и каких-то смол изготовить текстильное волокно. Возможно, он был просто чудаком, но папа был отчасти прав – в эти трудные времена нужно хвататься за любую соломинку. Она как раз вынула письмо из конверта, чтобы перечитать его еще раз, и тут в дверь постучала Людерс:

– Фрау Мельцер? Господин фон Клипштайн спрашивает, не найдется ли у вас для него пара минут…

Эрнст фон Клипштайн несколько месяцев занимался бухгалтерией фабрики, между тем два бухгалтера вернулись на свои должности, так что в его добровольной помощи больше не нуждались.

После этого он постоянно заходил к ней в бюро со своими предложениями по улучшению положения фабрики. Почему он обращался не к ее свекру, а именно к ней, оставалось для Мари загадкой.