Кинк. Право на удовольствие

Уверена, Володя собирался выругаться за нас обоих, но вовремя прикусил язык. Артем с силой сжимал ладонью мои ягодицы, иногда немного запускал какой-то гладкий конус в анус, отчего я невольно напрягалась внутри, и от каждого подобного сокращения лицо Володи искажалось.

Наконец, измучив нас до мух перед глазами, Артем начал отстегивать ремни, но руки мне так и не расцепил. Усадил меня на краю стола, снова заставил раздвинуть широко бедра и приказал Володе вылизывать меня внизу. У меня уже внутри все горело, а от касаний языка к клитору вообще выкручивало.

Но Артем следил за моим лицом и, как только видел первые признаки сильного возбуждения, Володю останавливал, а меня заверял елейным голосом:

— Кончать нельзя, слышала?

И как только я успокаивалась и остывала, он вновь подталкивал Володю туда же, однако следил за тем, чтобы я не дошла до разрядки, а Володя не касался руками своего члена. Немилосердная пытка разбавлялась только одной мыслью — сам Артем тоже ничего не получал, хотя мог испытывать удовольствие от доминирования и нашего подчинения.

Но и ему нужно больше для оргазма…

В очередной раз меня подкосили за миллиметр до срыва, и вновь мучительная задержка. На этот раз меня привели к подобию колодки, поставили на четвереньки и закрепили голову в деревянной дырке. Я уже была готова выть и просить, чтобы Артем сжалился, но не имела такой возможности, а лицо мое вряд ли отражало именно недовольство — я сгорала от желания и нетерпения, но в уме строила планы, как потом замучаю чем-то подобным нашего тирана.

И у меня явно будет союзник в этой мести. Артем будет рыдать! Примерно как мне сейчас хочется выть от переизбытка эмоций.

Не знаю, кто первым пристроился сзади, но почувствовала презерватив на члене. А это означало, что теперь откладывать удовольствие до бесконечности не планируется. Не успела обрадоваться и поняла, что это продолжение мучений, когда Артем остановил:

— Хватит тебе. Встань и стой в стороне.

И теперь входил он — резко, мощно.

Не избавился от одежды, я ощущала касание ткани к чувствительной кожи бедер.

— Вытащи ей кляп, — распорядился, не сбавляя движений. — И снова отойди в сторону. Ну как, рабыне нравится, что ее берет господин?

— Да, хозяин, — я не приврала, а обращение вырвалось уже само собой. — Еще, еще…

Но за просьбу получила хлопок по ягодице и замедление движений. У Артема нечеловеческая выдержка, раз он держится сам и держит нас обоих.