Бедные земли, бедные люди… Только люди эти сидели прямо на том месте, где брала свое начало могучая река Одра, которая несла свои воды к Восточному морю[21]. Ее устье впадало в Поморскую бухту, защищенную от морских штормов. А милях в сорока на восток были истоки Вислы, по которой можно было добраться прямо к Янтарному берегу, где жили племена поморян и пруссов. Янтарь весьма ценился и в Константинополе, и в Персии, и даже в Индии и Аравии, куда попадал по бесконечным караванным тропам. И это ресурс Самослав намеревался забрать себе.
Как впрочем, и эти земли, которые в его время назывались Силезией, и были безумно богаты углем, железом, медью, свинцом, золотом и цинком. В здешних землях были даже залежи урана, и отдавать их кому бы то ни было Самослав не собирался.
А вот ляхи всего этого не знали, и теперь с удивлением разглядывали ровные ряды ратников в одинаковой одежде, прикрытых здоровенными щитами. Кавалерия пряталась в лесу. Князь не спешил показывать все свое войско. А то вдруг посчитают, что пришли авары и разбегутся? Авар в словенских землях боялись до икоты.
К ляхам гонцом из княжеской свиты поскакал Бранко. В его руке трепыхалась на ветру белая тряпка. Голеншичи, вооруженные дротиками, охотничьими луками и копьями, с изумлением смотрели на богатый доспех, меч, изукрашенный серебром и диковинную одежду. Многие вздыхали завистливо.
— Князь Самослав предлагает вам под свою руку пойти. Опустите копья, встретьте его как гостя и принесите клятву верности. Тогда останетесь живы.
— Мы дани даже обрам не даем, — сплюнул один из владык голеншичей. — А князя твоего знать не знаем. Наша это земля.
— Смотри, лях, я тебя предупреждал, — спокойно сказал гонец.
— Убирайся отсюда, пес, — побагровел владыка. — Убирайся! А то…
— А то что? — презрительно спросил Бранко.
Ответом ему был дротик, кость наконечника которого бессильно сломалась о нагрудную пластину панциря. Гонец расхохотался, и повернул коня.
— Ты первый эту войну начал, лях! — крикнул он.
— Это ты в свою землю беду принес. Кровью умоетесь, песьи дети!
На том конце поля раздалась резкая команда:
— Щиты на руку! Копья опустить! Лучники — залп!"
"Щиты, стоявшие у левой ноги воинов, перекочевали на руку, а копья первого ряда опустились вниз. Строй двинулся вперед, а ляхи бросили дротики в наступающую пехоту. Щиты поднялись вверх, и по ним забарабанили наконечники, ломаясь о крепкое дерево или, если были железные, пробивали их насквозь.
