Он вроде бы как успокоился и стал более адекватным».
«Как тогда Волка Куртов определить обычному смертному?»
«Никак, тот редко выбирается из междумирья. После смерти своей волчицы и вовсе забросил человеческие дела».
«То есть волчья верность не легенда?» — удивился я.
«Не всё так однозначно, но основание под собой имеет, — не стал особо распространяться Комаро. — А с чего бы это ты вдруг заинтересовался Волком?»
«Личных интересов — ноль! — не стал я лукавить. — Для Кираны узнаю».
«А я уж было решил, что вы очередную династию под себя подмять решили, — рассмеялся Комаро, но, когда я промолчал, тот только тяжело вздохнул.
— Может, не надо?»
«Мы здесь точно не при делах! Там сам Волк что-то затеял, вот и пытаемся понять, как не попасть в чужую мясорубку!»
«Считай, что я почти поверил», — буркнул Комаро и оборвал связь.
Я же связался с сестрой после божественной консультации:
«Если рядом с тобой покровитель династии, то теоретически его больное место — верность. У него волчица погибла, имей в виду.
По информации Комаро, тот, горюя, забросил человеческие дела и уже давно не появлялся среди людей».
Сестра успела бросить только короткое: «Спасибо», прежде чем разразилась руганью:
«Ах вы, твари! Ну держитесь!»
«Вас там не пора вытаскивать?» — на всякий случай уточнил я у сестры, подключаясь через кровную связь и следя за событиями глазами Кираны. Первым же, что я увидел, были взмах костяных клинков сестры и покатившаяся голова кого-то из османов.
Твою ж мать!
Глава 8
Пока Кирана общалась с братом, павильон ожидаемо опустел.
И где-то в стороне послышались звуки охотничьего рога. Его протяжные гудки, по-видимому, ознаменовали начало следующего испытания. Необходимо было переходить в другую безопасную точку.
На выходе из павильона её встречало четыре османа в высоких белых шапках, янычарами их, кажется, здесь называли. Один из них сделал шаг вперёд и с поклоном сообщил:
— Ханым-эфенди, проследуйте за нами в следующее безопасное место.
«Надо же, как продумано всё устроили», — удивилась Кирана, следуя за охраной.
Но чем дальше от основных дорожек они уходили, тем больше подозрений возникало у охотницы. Где-то в стороне послышались звуки магического боя. Земля дрожала, запах гари и дыма проникал в лёгкие, намекая на использование минимум двух стихийных магий.
Всё происходящее всё меньше нравилось Киране. Если её пространственное ориентирование не обманывало, они находились практически за пределами оговоренного для участия периметра леса.
