Дракончик виновато опустил глаза.
– На самом деле нет… Понимаешь, Анемона наложила на тебя такое заклятие… ну, любовное. Мне так стыдно…
– Вот как? Хм… неважные дела. Всё равно – я чувствую, что люблю тебя… И вообще, не будем портить трагическое прощание – и даже не спорь!
– Извини, Кинкажу, – пророкотал за спиной у дракончика голос Мракокрада. – Я не собирался тебя калечить… хотя скажу в своё оправдание, ты и расплавила мне глаз.
Карапакс обернулся, встречая взгляд чёрного великана – впервые после появления того из горы.
– Всё возвращается, – задумчиво продолжал дракон. – Значит, Карапакс… Ну да, приятель Луны, потомок Глубина. Ты просто вылитый он. У меня были отдельные планы насчёт тебя, но ты всё испортил, когда залёг на дно. – Он шутливо щёлкнул когтем дракончика по носу. – Вообще, хитро придумано, особенно для тебя. Ни за что бы не подумал.
– Что бы ты со мной ни собирался сделать, – попросил морской дракончик, – отпусти Кинкажу! Пожалуйста!
Мракокрад усмехнулся.
– Да кому нужна эта болтушка!
– Я не болтушка! – возмутилась Кинкажу.
– Я расплавила тебе глаз! Я свирепая и опасная!
– Тс-с! – Карапакс пихнул её локтем.
– Я обещал Луне, что не трону её друзей, – продолжал Мракокрад серьёзно, – а вас двоих она особенно любит… Конечно, она не знает, что ты здесь, – глянул он на Карапакса, – так что пока посидишь в темнице, а там что-нибудь придумаем. Может, и будет от тебя какая-нибудь польза. – Он наклонился, заглядывая в глаза радужной. – А ты сейчас забудешь всё, что случилось в тронном зале и проснёшься после своего солнечного сна, даже не подозревая, где находится Карапакс!
Кинкажу замерла, переводя взгляд с дракона на дракончика.
Заклятия Мракокрада на неё не действуют, вспомнил Карапакс. Ну, хотя бы это удалось сделать правильно.
Неуверенно кивнув, радужная отступила на шаг. В глазах её мелькали вопросы, но спрашивать она ничего не стала, опасаясь выдать себя.
– Теперь иди, – кивнул чёрный великан. – Нам тут надо кое-что обсудить.
Она с болью взглянула на морского, опустила голову и побрела к выходу, сжимая в лапах кожаный мешочек.
Может, и воспользуется, подумал дракончик, лишь бы разобралась, что для чего предназначено.
– Тебе не повезло, что ты пошёл в своего предка, – угрюмо заметил Мракокрад, махнув крылом в одну из боковых дверей. – У меня есть серьёзные причины ненавидеть его, и на тебя мне даже смотреть неприятно. Впрочем, тёмное подземелье избавит меня от этого.
Карапакс усиленно размышлял.
